Книга Бессонная война, страница 220 – Сэм Альфсен

На этот раз и Нуска узнал эту дэ – именно так пахли сожжённые поля.

Не прячась и не таясь, из-за дерева показалась хрупкая фигура – прекрасная девушка. Белое платье, глаза и кудри цвета меди делали её как две капли похожей на Гирру. Если бы Нуске не с чем было сравнивать, он бы сказал, что перед ним Гирру, но никак не…

— Это… это она? Нуска, скажи, это… – забормотал в полубреду Гирру, а тот лишь коротко кивнул, подтверждая его догадку.

— Жери. Это она. Гирру, – позвал Нуска, смотря на арцента, которого уже начала бить дрожь. – Ты – Гирру. И эта встреча не отменяет того, кем ты являешься.

Гирру судорожно закивал, они расцепились и поднялись на ноги.

Жери стояла в тени деревьев, приобняв одно из них. В местах, где она касалась вековой коры, появлялись обожжённые пятна.

Гирру и Жери смотрели друг на друга не моргая. Это была их первая встреча за последние несколько лет. А момент их прощания случился тогда…

Нуска снова уловил в воздухе запах цветов и гари.

Именно тогда, когда Гирру взорвал оранжерею, сжёг дотла сад Жери и вынес из огня Ванери. Вплоть до встречи с Нуской главный сурии огня верил в то, что его сестра мертва. Теперь же они смотрели друг на друга так, будто встретились со своими ночными кошмарами.

Нуске не с чем было сравнить. Он никогда не встречал людей, подобных им, – переломанных с головы до пят, вцепившихся в друг друга, как в последнюю надежду. Они стали жертвами собственной семьи, принесёнными так бессмысленно и беспощадно.

Это же читалось и во взглядах двух человек, одинаковых, как цветы, распустившиеся на одном древе. На всём континенте только Жери могла понять боль Гирру, и только Гирру чувствовал боль Жери.

Но идиллия длилась недолго. Девушка рассмеялась и грациозно покрутилась на месте, сделав пируэт. Повернув набок голову, она вдруг рассмеялась снова. Её рука коснулась груди – и из неё возник меч, настолько большой, какой даже взрослому мужчине не под силу поднять. Но ей это далось легко – из-под тонких пальцев, сжимавших рукоять, выпорхнули огненные залпы.

Нуска, изрыгая ругательства, схватил Гирру за руку и потащил его за собой.

Перенаправив часть дэ в ноги, Нуска бежал изо всех сил, стремясь выбраться на открытую местность. Если они окажутся в горящем лесу, то это станет для них ловушкой. Однако Гирру всё ещё пребывал в оцепенении – его взгляд ничего не выражал, ноги еле шевелились, поэтому Нуске приходилось тащить арцента за собой.

Огненные стрелы летели одна за другой, обжигая пятки. Одна из них пролетела вплотную к плечу Нуски – лекарь ощутил сильную боль на предплечье, но и это не остановило его.

Сейчас оставался только один выход – бежать. Бежать не оглядываясь, пока они не выйдут на поля. Внутри поднимался ещё один страх – Нуска вдруг вспомнил, как его мать точно так же бежала через лес, уводя за собой своё племя. Что стало с её народом? Что стало… с ней?

«Если она моя мать, то мне должно было достаться хоть что-то от неё. Я не сдамся», – решил Нуска и прибавил ходу. Энергия в теле горела, растрачиваясь впустую.

Сначала запах гари, потом – терпкая и тяжёлая энергия двух сильнейших арцентов-аристократов ударили в нос. Бежать становилось всё сложнее. Инстинктивный страх хоть и призывал сбежать, но ноги, заплетаясь, спотыкались о траву и корни деревьев, Гирру камнем тащил назад. Но Нуска не мог бросить его здесь.