Книга Из бездны к звездам, страница 12 – Сэм Альфсен

Ванери часто закивала, а затем со вздохом откинулась на спинку стула. Ее скучающий взгляд скользнул по заведению, потонувшему в полутьме, по расплывшимся и пьяным лицам завсегдатаев таверны.

— Знаете, Нуска. Я все еще помню тот день, когда встретила вас. Как же долго я раздумывала о том, какую смелость нужно иметь, чтобы среди ночи забраться в дом сумасшедшего аристократа. Вы говорите про свои утраченные способности, но… я считаю, что ваша сила не в дэ. Ведь не дэ заставила вас найти тайный ход, перелезть через ограду и запрыгнуть прямиком в окно одного из сильнейших арцентов на континенте. А затем еще и убедить его оказать вам помощь. Вы слишком недооцениваете себя.

Глаза Нуски на секунду зажглись, но затем вновь потухли. Слабовольная улыбка вновь заиграла на лице этого несгибаемого хаванца, когда он заговорил:

— Ты не пережила то, что пережил я. На моих глазах близкие люди умирали один за другим. Их кровь текла по моим рукам. Я чувствовал, как замирает их дыхание, а глаза становятся стеклянными. Я – хаванец и лекарь, я должен был их спасти.

— А теперь подумайте, как много людей лежало бы сейчас в земле без вашей помощи. То, что вы ничего не будете делать, не снимает с вас ответственность. Возможно, даже руками, знаниями и ножом вы прямо сейчас можете кого-то спасти. Но вместо этого сидите в таверне, жалеете себя, напиваетесь и избиваете каких-то дураков. Вам не кажется, что Энки в чем-то да был прав? Поэтому вы и разозлились, не так ли?

Нуска хотел громко выругаться, закричать, начать спорить, но, спрятав лицо в руках, тяжело вздохнул и кивнул.

— Я знаю. Так не может продолжаться, Ванери. Но я так устал противостоять судьбе. Моя семья была убита. Эрду предначертано умереть, а мне – уничтожить Скидан. Тиама хочет истребить человечество. Я был заброшен в другую страну, где несколько лет жил рабом. Но стоило мне вернуться, как я был лишен последнего, за что держался, – своих сил. Больше всего я боюсь, что…

Нуска не закончил и скрючился на столе, закрыв голову руками. Запах эля бил в нос, шум голосов за соседними столами перебивал мысли, решительный взгляд молодой арцентки обжигал голову.

«Больше всего я боюсь, что эрд умрет на моих руках, а я ничего не смогу сделать».

Ссамого утра лучи звезды пробивались в окно, но не грели, а лишь слегка щекотали кожу своими касаниями. Нуска же впервые в жизни мучился от похмелья.

Несмотря на невыносимую головную боль и тошноту, он с интересом изучал и записывал свои ощущения, пока лежал в постели. Белое хлопковое покрывало мягко скользнуло по его ногам на пол, а лекарь продолжал черкать заостренным углем в записной книжке.

Оанн отсыпался после бессонной ночи на кладбище и громко сопел на соседней кровати. Воспользовавшись слабостью своего подопечного, Нуска вскочил и начал собираться.

В голове крутились различные мысли и идеи, многое Нуска желал обдумать, но он не был таким уж мастером мысли, зато дела – вполне. Если что-то можно было решить дракой или переполохом в храме, то письмо с просьбой выслать ему несколько взрывных устройств уже летело бы к Хайе.

Облачившись в неприметные серые одежды, Нуска шмыгнул на улицу. Он хотел притвориться обычным человеком, которым сейчас и являлся, и попытаться выведать что-то у служителей храма.