Книга Из бездны к звездам, страница 10 – Сэм Альфсен

— Хех, Нуска. Мы все хотели тебе сказать… не думаешь ли ты, что предсказание и твоя болезнь каким-то образом связаны? – спросил Энки.

Нуска пожал плечами. Суть предсказания ни для кого в Скидане не была секретом уже несколько недель. Умалчивалось лишь имя хаванца, которому суждено уничтожить страну. Однако Нуске и не потребовалось четкое указание: сейчас для него было очевидно, что в Хаване он оказался не случайно.

— Конечно, знаю. Я здесь в ссылке, – пожал плечами Нуска. Нахмурившись, он влил в себя пинту разом, а затем утер рот рукавом. Опустив взгляд, уставился в засаленную столешницу.

— Гм, тогда… – подал голос Гирру. – Ты хотел бы вернуться с нами в столицу?

— Нет, – отмахнулся Нуска, а затем закусил местным деликатесом – копченой крольчатиной.

— Почему же? Если все произошедшее с тобой – это чей-то дурной замысел, то ты мог бы вывести виновников на чистую воду и потребовать некий антидот.

Нуска облокотился на стол и стал тереть лицо. Он выглядел на редкость уставшим, а его взгляд – тяжелым и пустым.

— Даже если каким-то образом я смогу найти виновника, то никто не вернет мне способности, пока война не закончится. Все напуганы предсказанием и боятся за собственные reh`zal шкуры.

— Если окружающие думают о своих шкурах, то почему бы тебе не задуматься о своей? – легкомысленно предложил Энки, воздев руку с элем над столом. Сурии тут же чокнулись – и залпом осушили свои пинты. – Я всегда так делаю!

— Мы в тебе и не сомневались, – закатив глаза, отозвался Нуска. Изнутри его мучили самые настоящие отродья бездны: он не мог принять решение, сколько бы ни раздумывал над возникшими проблемами.

И тут голос подала Ванери:

— Ты чего-то боишься?

Она попала в точку. Нуска криво улыбнулся и провел пальцами по розовым отметинам ожогов, которые хоть и с трудом, но все еще можно было заметить на его коже.

— Я боюсь именно этого, сурии Ванери. Больше всего на свете я боюсь самого себя, а точнее – своей беспомощности. Именно этот страх заставлял меня несколько лет жить в трущобах и не мечтать о лучшей жизни. Я боюсь, что…

Нуска снова уставился в одну точку, а его голос сорвался. Он не смог это произнести. И так слишком много было сказано под влиянием алкоголя.

Но Ванери мягко накрыла ладонь Нуски своей, а затем улыбнулась. В ее глазах горели решительность и участие – очень странное сочетание, которое сделало свое дело.

Набрав в легкие побольше воздуха, Нуска выпалил:

— Я боюсь, что в критический момент… буду бесполезен. Что на моих руках, как в детстве, десятками будут умирать люди, которым я не смогу помочь. По этой причине я вскрываю трупы и продолжаю изучать лекарское дело.

Рука Нуски дрогнула, он отдернул ее и еле слышно добавил, низко свесив голову:

— Да и одной смерти будет достаточно, чтобы я не знал, как мне жить дальше. А это предсказание все усугубляет. Если исходить из него, то я не только не принесу никакой пользы, а, наоборот, уничтожу все собственными руками.

Некоторое время все молчали, обдумывая слова Нуски. И первым голос подал Гирру:

— Ты ведь знаешь, что мы не обычные сурии? В наших руках судьба Скидана. Что бы ни предсказал медиум, ты способен менять судьбу.

— Так было до того, как я потерял свои способности. Не ты ли говорил, что для того, чтобы изменить судьбу, недостаточно иметь одну возможность это сделать. Для подобного трюка нужны силы. У каждого сурии была возможность стать эрдом, но им стал Син. И все мы знаем почему.