Книга Царь горы. Игра со смертью, страница 65 – Оксана Заугольная

Настя ничегошеньки уже не понимала, но кивнула. А потом робко спросила, глядя на вновь закипающую воду:

— А как же твоя семья?

— Моя семья, – вот теперь Настя отчетливо увидела разницу между кривой улыбкой и ухмылкой! Последняя исказила лицо Кирилла, сделав его некрасивым и слишком змеиным. – Моя семья потребовала, чтобы я больше не участвовал ни в чем опасном, пока не достигну совершеннолетия. Или хотя бы не забывал пить охладитель. Тогда после ранения я выжил не только благодаря товарищам, до врача я дотянул силами отца. Тот потерял почти половину.

— Он… он злится на тебя? – осторожно спросила Настя, когда новое молчание затянулось. Каша уже пыхтела под плотной крышкой, призванной не выпускать съестные ароматы, а Кирилл все еще молчал.

— Злится? – хмыкнул Кирилл. Выглядел он уже совершенно спокойно, но глаза были такого густого золотого цвета, что Настя понимала – одно лишнее слово, и он взорвется. – Он выкинул меня из семьи и сказал не возвращаться. В наследники теперь прочат моего младшего брата. Наследник! Как будто там есть что наследовать!

— Мне казалось, змеелюды всегда… кхм… богаты, – Настя смутилась. Она не нашла подходящих слов и выпалила как думала.

— Настя, это работает не так, – Кирилл не обиделся и не возмутился, уже хорошо.

Он выглянул из расщелины и вернулся к Насте, сложил спиртовку, палатку он свернул и уложил еще раньше. Сам нацепил свой рюкзак и помог Насте. Настя поняла – есть, может, так и не слишком удобно, зато в случае поспешного бегства они теряют максимум один котелок, что неприятно, но и не полный ужас.

— Змеелюды богаты не потому, что они змеелюды, – продолжил Кирилл, осторожно пробуя кашу языком. Обычным, розовым. Он так хорошо контролирует свои обличия, или тот же Зильберг ходил во втором, потому что оно ему больше нравилось? – Мы дольше живем, и у нас последние пару сотню лет серьезные проблемы с деторождением, и игра тут только все усложняет. Так что внутри семьи все стараются держаться друг друга. За исключением тех, кто приносит семье вред, разумеется. Как я.

Настя нащупала его ладонь и сжала. Она не знала, что сказать, и сделала то, что могла.

— Так вот, – Кирилл слабо улыбнулся, но это была самая настоящая улыбка! – Богатство же напрямую связано с умениями семьи. Многие инициированные змеелюды способны чувствовать драгоценные камни, металлы, газ, нефть. Поверь, у всего этого есть причины, но семьи неохотно делятся причинами своих умений. Есть и куда более продвинутые семьи. Мы с тобой уже говорили про Семина. Я не знаю, есть ли за ними какой-то металл или камни, но они как никто чуют силу и выгоду. Если Марк пройдет гору без проволочек, он сможет ставить на бирже и всегда выигрывать.

— А-а… – Настя не впечатлилась.

— Это очень большие деньги, – «перевел» Кирилл. – Моя же семья… Мы пришли из пустыни.

— Ты из пустынников! – сообразила Настя и улыбнулась. Теперь было понятно, почему хвост был полосато-серый, очень похожий по цвету на песок на свету или в тени.

— Правильно говорить «песчаников», но да, из них, – склонил голову Кирилл. – Как можешь догадаться, с момента, как большую часть верблюдов заменили автомобилями или даже самолетами, наше умение перестало быть таким нужным. А когда-то там оно было на вес золота. Я чую воду, Настя.