Книга Взмах чёрного крыла, страница 155 – Вера Окишева

Дракон напал на Мина, а девчонка его спасла. Как пустая полукровка могла его защитить? И как она смогла перенести сына обратно в Тенгар? К тому же были свидетели того, как Ликард спрашивал у Мина про амулет, значит, сына перенесло заклинание, наложенное на вещицу самим советником. Всё просто и логично. Да и дракону нужна была не дочь, а Мин, его, императора, драгоценный, долгожданный сын. И мерзкий ящер заполучил его. Значит, Тина в безопасности, а советник просто пытается воззвать к отцовским чувствам? Любой на месте императора, будучи поставленным перед выбором между сыном и дочерью, выберет наследника, хранителя силы, продолжателя рода. Поэтому император и стоял, ожидая, когда советник всё же сломается, но тот с мрачной решимостью в глазах хриплым голосом продолжал проклинать своего сюзерена за глупость, требуя свободы и угрожая неминуемой расплатой, если найдёт свою любимую мёртвой.

— Прикажи повстанцами пропустить мой отряд, Ликард. Не глупи, ты всё равно скоро умрёшь. Никто не выживал после тысячи плетей.

Палач методично отсчитывал удары и после каждой сотни обливал пленника ледяной водой. Пол под ногами императора был мокрым, и солома не могла спасти дорогую, изящную обувь императора от промокания.

Лицо советника исказила гримаса ненависти.

— Я выживу, — прохрипел Ликард, — ради мести. Я предлагал тебе разумный выход, при котором ты не потерял бы ни своё лицо, ни свой трон, самовлюблённый упрямец! Тебе надо было всего лишь встретиться с их командиром и спокойно обсудить сложившуюся ситуацию! Ты должен был прислушаться ко мне, я тысячи раз предупреждал, что народ негодует! Не просто говорил, но и приводил неопровержимые доказательства того, что тот, кому ты столь безоглядно веришь — вор и изменник!

— И поэтому ты решил действовать самостоятельно? — глухо отозвался император, пряча свои истинные чувства. Нет, невозможно простить этого предателя, зря он в своё время так доверял ему. Прав первый советник: Ликарду нужен был только трон, и ради этого он шёл по головам. — Даже мою дочь настроил против меня.

Каркающий смех и стон боли вырвался из груди Гетера, бессильно обвисшего в цепях.

— Тина тебя ненавидела и до меня. Ты предал её, её мать. Бросил их на произвол судьбы. Я тут ни при чём. Ты сам породил в ней эту ненависть. Сам, мой император. Своей самовлюблённостью, своей вседозволенностью, своей трусостью.

Бывалый стражник вздрогнул, заметив взгляд советника на императора, впервые струсив перед закованным в атимагические оковы преступником. Казалось, что ещё секунда, и тот вырвется, бросится на императора и убьёт его голыми руками.

Фукарт пытался не поддаваться, но несправедливость слов советника рвала душу. Он не оставил их без присмотра и сделал всё, дабы они ни в чём не нуждались, но так, чтобы никто их не нашёл, особенно императрица — ревнивая, больная жена. Боги, сколько же было истерик, скандалов и ссор с ней в связи с тем, что оставшаяся на Земле простая человечка заняла его сердце, хотя не имела на это право. Какая-то временная фаворитка, да ещё не чистокровная тенгарка стала важнее законной жены, и только лишь благодаря тому, что родила наследника.

Вдруг Фукарт почувствовал резкую боль в груди и холод за спиной. Связь, годами обеспечивавшая полную безопасность его персоне, лопнула. Император прикрыл глаза, мысленно призывая замолчавшего в его сознании бессменного стража, чья потеря означала лишь одно — появился новый император, благословенный Праотцом. Кто?