Книга Его двуличная любовь, страница 98 – Вера Окишева

— Улетай домой. Так будет лучше для тебя и меня. Если Рик появится, он прилетит за тобой.

— Нет, - твёрдо возразила я, - я дала ему слово.

Нейтман помолчал, но прежде чем оставить меня одну, добавил:

— Похвальная преданность. Значит, пеняй на себя.

Он ушёл. Я долго прислушивалась, как из холла доносился радостный лепет Альды, а в душе всё переворачивалось, выло от тоски.

Нейтман оказался таким же прямолинейным, как Рик. Шёл напролом, если чего-то хотел. Он сомневался в себе, это я видела, тут Рик честнее с собой. Но ощущение, что я только что разговаривала с любимым, не отпускало! Я запуталась. И я не могла найти ответ для себя на вопросы Мелори, а что если он излечился? Что тогда? Мне лететь с поджатым хвостом домой? Нет! Я не собираюсь отпускать Рика. Он вернётся. Я его дождусь. С этими мыслями решила прибраться на кухне, пока Мария не увидела мутное пятно на полу. Взяла тряпку, затёрла сначала столешницу, затем ею же пол. Помыла руки. Налила себе новый кофе. Всё делала на автомате, так как мысли были заняты переживаниями о Нейтмане. А что если он вылечился. Что тогда?

Чуть ли не со слезами на глазах глотнула тёмный горький кофе. Он был крепкий и без сахара, как и моя жизнь - не сладкая, а с привкусом горечи.

— Господин уехал и тебе пора, - нагло заявили мне с порога.

Я лениво бросила взгляд на Альду и тихо ответила:

— Ты уже взрослая. Без родителей сможешь обойтись, так что я тебя уволю. Только с матерью твоей поговорю.

— Ты тут никто! - вякнула взбесившаяся малолетка.

— Я хозяйка этого дома, - возразила ей. Оказывается, приятно вымещать своё раздражение на других. Красное злое лицо Альды примеряло меня с собой, успокаивало, давало силы. Никуда я не поеду. Просто назло не поеду. Пусть не думают, что я отдам Рика.

— Госпожа Мелори хозяйка, а ты никто! Возвращайся к себе. Ты тут чужая! - перешла на крик Альда, а я только грустно вздохнула.

Она перебудит весь дом и тогда её точно придётся увольнять. Не бросать же слова на ветер.

— Один звонок госпоже Мелори и рассказ о том, как ты бегаешь за её мужем, и тебя тут не будет. Что так, что так - ты уволена. Ни я, ни Ясина не потерпим соперниц. Рик мой, Нейтман её, это тебе нет места. Это ты для него всего лишь служанка, которую можно сменить... - я наслаждалась своим ма-а-а-аленьким триумфом. Помолчала, давая Альде услышать меня и понять, а затем закончила свою мысль: - как перчатку.

Мерзавка убежала вся в слезах, а я протяжно вздохнула. Мне предстоит ещё не раз выдержать такие стычки и не только с Альдой, но и с Нейтманом. Нужно бороться за своё счастье. А Нейтман пусть свою жену любит. Он мне не нужен.

Допив кофе, пошла переодеваться. Настроение было погонять! Выжать из себя невозможное, приручить ветер и скорость.

***

Заглядываясь на витрины прилавка, Нейтман не мог решить какое кольцо ему выбрать - широкое с бриллиантом, или тонкое с голубым сапфиром. Ясина любила бриллианты и тёмное золото. Но сапфир в оправе белого золота манил к себе взгляд как магнитом. Он переливался на свету, играл гранями, искрился, как глаза Софии. Нейтман выругался, прикрыв глаза. Эта бестия не выходила у него из головы. Их поцелуй, её ноги. С ним такого никогда не было. Он не чувствовал подобного ни к одной женщине, даже к жене.