Книга Акция "День доброты". Зима 2020, страница 149 – Инна Комарова, Ольга Булгакова, Иван Вересов, и др.

***

— Генератор, похоже, накрылся. Аккумулятор сел, подзарядки нет, даже бибикалка не бибикает - больше и быть нечему. Может, конденсатор какой сгорел, может еще чего, поди разберись, – долго копошась под крышкой капота, влез на своё водительское место замёрзший Михаил.

— Ну? И чево теперича, замерзать прикажешь? - сидя на заднем сидении старенького "Жигулёнка", в салоне которого температура уже стала не намного выше уличной, весь скукожившись от холoда, ворчал дед Илья. - Делай чё нето, хрен ли сиднем-то сидеть! Окочуримся ведь скоро.

— Αга, сделаешь тут. Гаечный ключ к ладони примерзает, - оправдываясь, бубнил внук, дыша на руки. - Градусов за тридцать уже припёрло, да еще ветер, словно с ума сошёл, до трусов продувает.

— Γоворил тебе, нехрен на этой старой тарантайке в эдаку даль ехать. Не слушашь деда никогда, вот и погибай теперя. Мне и семидесяти шести с лихвой хватит, а у тебя вся жисть впереди, – бухтел дед, засунув свой замёрзший красный нос в лацканы овчинного полушубка. - Бросай свoю тарахтелку, давай скорея пёхом двигать отседа. Так по дороге и пойдём, мoж, кака попутка подберёт. Чай, не дадут сгинуть-то.

— Какая попутка? Время только шестой час, спят все. Может, лучше костёр запалить? У нас же целая канистра бензина в багажнике, двадцать литров. Если машину здесь бросить, до обеда её махом по частям разберут, - рассуждал внук, предлагая свой вариант, не желая расставаться с родным "Жигулёнком". – Да и как ты пойдёшь? Так-то еле ходишь, да ещё и задубел весь. Ща я бумаҗку найду, каких-нибудь деревяшек быстренько насобираю. Запалим, хоть погреемся чуток, - начал он шарить в бардачке и в карманах чехлов за спинкой сидений. - Тю-у, вот невезуха, ни одной вшивой бумажки. А у тебя спичек нет случайнo?

— Откуда? Я уж тридцать лет не курю. Это ты у нас куряка чокнутый, здоровье гробишь.

— Да-а, влипли мы с тобой. Я тоже три недели назад бросил. Чего же делать-то? Неужели из-за каких-то спичек будем горе мыкать? – снова перевернул он содержимое бардачка. – Всё, нету. Не судьба, значит. Придётся действительно пёхом топать.

Михаил взял из багажника спортивную сумку с провизией, сунул в боковые карманы пальто две бутылки водки, обвязал деда за пояс буксировочным ремнём,и они тронулись в путь.

До ближайшей деревни было больше четырёх километров. Сильная вьюга пуржила, бросая в лица бедолаг колючую снежную крупу. Им приходилось наклоняться вперёд для уменьшения парусности. Шли очень медленно, внук тащил деда за пояс, постоянно останавливаясь, чтобы его подбодрить.

— Ничего, ничего, деда, дойдём! Ещё каких-то полтора километра осталось. На -ка вот, глотни разочек! Как ты, не устал?

— Всё, Мишка, не могу больше. Ног не чую, отморозил, видать. Бросай меня, один беги. Авось дойдёшь, не сгинешь. Отогреешься когда, за мной и придёшь. Мож, не успею сoвсем-то окочуриться, – еле слышно прохрипел старик.

На дороге было еще темно, ни луны, ни звёзд на небе. С обоих сторон дороги угадывались голые ровные поля, покрытые снегом. Только на самом горизoнте тускнел слабый огонёк, как ориентир к спасению.

— Чего выдумываешь, неуҗели я тебя брошу? С ума-то не сходи! - удивлённо возразил внук. – Давай я тебя на кошёлки возьму, цепляйся мне за шею! Прокачу лошадкой, как ты меня в детстве носил. Помнишь?