Книга Лучший для тебя, страница 52 – Вера Окишева

— То, что моя кровинушка, ни сказав матери ни слова, выскочила замуж за манаукца. Да где это видано, чтобы моя дочь была женой уроду! Я не так тебя воспитывала. Я не для уродов тебя растила! Как ты могла совершить такую глупость и не посоветоваться.

— Мам, он не урод, правда, страшненький, но он хороший.

— Тома, я не даю тебе благословение. Слышишь меня? Разводись!

— Развод возможет только через год, - расстроилась выпадом мамы.

Почему-то мне казалось, что она меня поймет.

— Плохо. Увольняйся и домой, - приказала родительница, я даже опешила.

— Вот еще. Я и так с трудом сюда устроилась. Мне зарплату повысили. Я смогу новый жилой блок купить для нас.

— А что же к мужу не собираешься перебираться? – язвительно выдала мама.

Поймала, одно слово поймала. Я совсем с этой каруселью кровать – работа, приправленной волнующей близостью с Коширом, забыла спросить, а где мы, собственно, будем жить, и каковы наши планы на будущее. Мы же только и делаем, что из кровати не вылезаем, а о серьезных вещах не разговариваем. Мой контракт закончится через четыре месяца, и еще неизвестно, будут ли его продлевать.

— И что это за новость, что тебя заставили?

— Откуда ты знаешь?

— В новостях репортаж целый был! А я сижу и глазами хлопаю. Соседи ко мне с расспросами, а я ни сном ни духом! Тома, я от тебя такого не ожидала.

— Да, мам, прости. Просто он такой хороший и все так неожиданно, что я забыла тебе позвонить.

— Не ври матери! Ты просто боялась! – опять перешла на крик мама.

Кивнула в ответ, но возразила:

— Мама, Кошир хороший. Он тебе непременно понравится. Вот увидишь!

— Томка, он манаукец. Он урод. Ты головой-то хоть иногда думай! Манаукцы не люди! А вдруг он тебя бить станет. Они же психованные!

— Мам, прекрати. Он хороший.

— Да, что ты заладила - хороший и хороший. Все, я свое слово сказала, благословение не даю. Разводись. Вот соседский сын, чем тебя не устраивал? – требовательно воззрилась мама. А я с трудом стала вспоминать о ком она.

Соседских парней было много и все хорошие мальчики, воспитанные, да и сыновья маминых подружек. А на самом деле все они надо мной в детстве издевались, подножки ставили, кидались в меня водяными шариками. А сколько я услышала от них обидных обзывательств и дразнилок. И все оттого, что я толстая. Но я это пережила, правда, маме не рассказывала, чтобы не расстраивать. Вот поэтому не хочу ни за кого из них замуж. Поэтому и сбежала со станции.

— Я замужем, мам. Меня устраивает мой муж. И мы непременно прилетим, и ты поймешь, что я права. Он очень внимательный, нежный.

— И не психует, хочешь сказать?

— Ну, бывает, нервничает, но не взрывается, как говорят. Он обычный, как любой землянин.

— Не обманывайся, дочка. Прилетайте, я посмотрю на твоего хорошего. Вот увидишь, я выведу на чистую воду твоего мужа.

— Он хороший, - продолжала упорствовать я. Обидно за Кошира. Он ведь и вправду не психовал так уж сильно. Чуть-чуть. И сразу уходил от меня подальше.

— Все, до связи, не могу с тобой разговаривать. Вижу что бестолку. Пока не обожжешься, не поверишь моим словам!

— До связи. Я люблю тебя, - прошептала я пустому экрану.

Вот так всегда у мамы. Есть только одно верное мнение и оно ее. А если ты не с нами, значит, ты против нас.

Протяжно вздохнула. Расстроилась я жутко. Вот не знала, что эта информация просочилась в СМИ. И откуда, главное? Корабль военный, операция секретная. Наверное. Ну, я так думаю.