Книга Тот ещё подарочек, страница 49 – Вера Окишева

— Да? — тут же удивилась я, выразительно приподняв брови.

Неужели он верил, что я на всю жизнь запомню это лёгкое касание его губ моих? Вот наивный!

— Да, первый поцелуй, первое свидание, первая любовь — всё это самые яркие моменты, всё что после — лишь сравнения.

— Это миф, — разбила романтический настрой Гри Дарья. — Классики уверяют, что нет ничего сильнее и ярче настоящей любви, а первая влюблённость стирается под натиском настоящих чувств.

— Чьи классики, позвольте уточнить, шия Дорош?

— Унжирские, — чуть помедлив ответила Дарья, за что получила снисходительную ухмылку.

— Советую почитать земных. Пусть они не столь гениальны, как представители вольных мыслителей, но их чувства и эмоции правдоподобнее и без фальши. Всем же известно, что унжирцы и любовь несовместимы.

— Бред, — возразила Дарья обиженно. — Мой дед любит бабушку, а он чистокровный унжирец.

— Думаю, он то самое исключение из правил, — не хотел оставлять последнее слово за Дарьей Бурель. — Предлагаю выпить за него, за то, что любовь способна творить чудеса, и доказательство этому вы и Елизавета.

Хороший тост, да и впрямь захотелось запить ту сладость, что растеклась от льстивых речей Гри.

— Я в своё время читала нонарский трактат о любви жены к мужу и знаете что, — выдержала театральную паузу Лиза, не в силах удержаться от улыбки. — Лучше фальшивая любовь унжирца, чем рабское положение любимой жены нонарца. Там, между прочим, все очень серьёзно и на всю жизнь, так что, девочки, держитесь подальше от нонарцев. Для них отношения — это работа над собой в попытке достичь уровня «совершенная жена». То есть стирать, убирать, готовить, побольше рожать, беспрекословное обожание и подчинение мужу. В общем, я за романтический бред унжирцев. Хотя всё же земные классики мне больше по сердцу. А вот насчёт первого поцелуя, то я настаиваю, что мужчина, если он считает себя настоящим и достойным, никогда первым не поцелует. Это право женщины, как и выбор покровителя.

— К чему всё это? — тихо спросил Эсам, на что Лиза ответила:

— К тому, что этот подлец должен извиниться перед женщиной!

Я дёрнула её за рукав спортивной куртки.

— Высказалась? Теперь, надеюсь, успокоилась и закроем тему? У нас не так много времени, чтобы тратить его на разговоры, пошли танцевать.

Я старалась не смотреть на Гри, хотя и чувствовала его пристальный взгляд. Даже нырнув в гущу танцующих девиц, мне казалось, что во мне дыру прожигали, а вот когда я осмелилась встретиться с ним взглядом, то опешила. Оказалось, это Стемп смотрел на меня, а не Гри, который о чём-то беседовал с Лимайном.

Неожиданно. Я почувствовала взрыв смущения. Потому что Мартан, освещённый вспышками светомузыки, казался затаившимся хищником, который смотрел исподлобья и зло, чего никогда не случалось. Я растерялась, но меня отвлекла Лиза, утянув в центр танцпола, скрывая от телохранителей.

Встряхнув головой, чуть не потеряв парик, я решила не думать о плохом и просто расслабиться. Прилетим домой, там разберусь и с Гри, и с Мартаном. А пока только музыка, только драйв, визг счастливых подруг и сладкие напитки. Когда же сработал будильник на коммуникаторе, позвала всех домой, иначе не успеем к рассвету.

В общем, я подвела итог нашей вылазки как положительный. Повеселились от души, но стоило выйти в зал отлёта, как настроение упало, потому что, явно нас поджидая, навстречу поднялся Круифф, будь он неладен.