Книга Тот ещё подарочек, страница 46 – Вера Окишева

Вдруг сильные руки легли мне на талию, и я оказалась прижата к крепкой мужской груди. Замерла на миг, решая как ударить наглеца и при этом не переломать ему кости. Телохранители почему-то замешкались, а рядом стоящая подруга широко улыбнулась, подмигнув.

Меня крутанули вокруг оси, и я охнула, когда горячая ладонь мужчины со знакомой такой улыбкой на смуглом лице поймала мою ладошку. Белые в неоновом свете волосы стали голубыми, как и зубы незнакомца.

— Потанцуем, моя янара? — спросил этот паяц, а точнее замаскированный Гри.

Я прыснула в кулак, удивившись неожиданному преображению, а затем рассмеялась, когда он повёл меня в сальсе. Бурель как-то раз пытался сам обучить меня ему. Я часто вспоминала те уроки, которые запомнились лучше, чем всё остальное, вымученное в танцевальном классе. Я решила показать ему всё, чему научилась, чувствуя, как раскрылись крылья под озорной улыбкой дворецкого. В меня словно бесёнок вселился, или энергетика влили тонну. Я смеялась, виляя бёдрами, быстро переставляя ногами, боясь запутаться в них и очередной раз расписаться в своей неуклюжести.

Но Стемп, оторвавшись, наконец, от полуголой голограммы унжирки, решил помешать мне сдать своеобразный экзамен. Гри прижал меня к груди, а я, забавляясь ситуацией, с трудом успела выставить руку, чтобы остановить телохранителя. Вот честно, в таком виде дворецкого было не узнать. Мой приказ он выполнил и перевыполнил, как, впрочем, делал всегда. Я пребывала в диком восторге от него, особенно сейчас, когда в крови ещё гулял адреналин от знойного танца. Я хотела продолжить наше небольшое представление и вскоре уже кружилась по воле своего партнёра, видя, какими восторженными глазами смотрели на меня подруги.

Конечно же, никто не знал, каким танцам обучал меня Гри. Это был наш небольшой секрет. Я до сих пор помню его слова, что сальса поможет мне научиться танцевать любой танец. Освою его — и все остальные дадутся легко, но я трусила и каждый раз спотыкалась. Бурель настаивал на большем, добиваясь моего доверия, просил не бояться поддержек, заверял, что не даст мне упасть, как буквально, так и «в грязь лицом». Но я трусила, каждый раз спотыкалась перед прыжком, но сегодня поддержки и не были нужны. Я тонула в бешеном ритме, в ощущениях сильных рук на своей талии, трепетала в крепких объятиях. Когда музыка умолкла, сердце продолжило петь соло. Я даже не запыхалась, замерла, глядя в лицо Гри, особенно остро чувствуя его ладони на своей спине. Мы улыбались друг другу, и каждый чего-то ждал. Чего? Я не знаю, мне было просто комфортно стоять вот так вот, нарушая все мыслимые правила этикета. Скорее бы услышать новые аккорды, и еще раз ощутить этот драйв парного танца, но зазвучали лирические ноты, и Стемп меня вырвал из объятий Буреля.

— Смена партнёра, — возвестил он, а я не могла ничего с собой поделать от изумления и засмеялась, вдруг понимая, что телохранитель меня просто спас. Удивительно, как легко Гри удавалось разжечь меня, а Стемпу успокоить и заставить здраво мыслить. Как же стыдно. Я совсем забылась в объятиях дворецкого, совершенно не вспомнив о своём обещании в него не влюбляться. Как он ни был хорош, но его преданность шиямате не испарилась за годы, проведённые им на Новомане. Перед ним поставлена задача, и я не хочу её упрощать, потому как не хочу быть всего лишь миссией, всего лишь целью.