Книга Жена для атландийца, страница 40 – Вера Окишева

Как же она устала подстраиваться под всех своих начальников, ещё и ученицы эти. Те, что молодые, всё к атландийцам клеились. Алле казалось, что жизнь её кончена,и пора перестать притворяться, что всё у неё отлично.

Самое противное, что подполковник Ахметов заставил её подписать столько всяких договоров. И один из них – соглашение о неразглашении. Солина не понимала : что именно она не должна разглашать. И эта неизвестность пугала – а вдруг вообще абсолютно всё, что здесь происходит. И почему ей нельзя, а Маре и Дусе можно? Они, наверное,точно ничего не подписывали, и ей, возможно, не стоило. Подполковника , если честно, здесь мало кто слушался. Кажется,только она, глупая, и поверила, что этот мужчина имеет какую-то власть. А как не поверишь, когда тебя усаживают на стул в тёмной комнате и светят лампой прямо в глаза, чтобы завалить вопросами, от которых через пять минут мозг,и так уставший за день, просто вспухает!

И пожаловаться нельзя, сама виновата,и теперь приходится терпеть ежевечерние встречи с подполковником, отчитываться за каждую прожитую минуту и быть благодарной, что не оказалась в тюрьме. Нет, надо уволиться и уехать домой. Сил нет, слишком тяжело работать в такой напряжённой обстановке.

Ещё тяжелее решиться…

Алла не могла найти слов, чтобы признаться Маре и Дусе. Ходила в смятении до самого вечера, избегала подполковника Αхметова, как чёрта из табакерки. Ведь появлялся на горизонте так внезапно, что сердце чуть не останавливалось . Солина устала от этой нервотрёпки, потеряла концентрацию и во время вечерней практики с республиканцами не утерпела. Прямо перед занятиями попросила Юдери о разговоре.

Нервно почесав шею, она сглoтнула ком во внезапно высохшем горле. Вот как признаться, что струсила?

— Сиара Солина, я жду, – чуть кивнул атландиец, возвышаясь над ней и давя своей мощью.

Трепещущее сердце в груди девушки зашлось в быстром ритме, потому что жалко было расставаться с республиканцами, и больно, что сдалась сама, не в силах выдержать давление.

— Простите мою слабость, сион Юдери, - тихо выдохнула Алла, опуская голову и чувствуя горький стыд.

Они уединились под сенью дерева, но время стремительно утекало,и скоро пpидут остальные атландийцы со своими учениками.

— Я старалась, но переоценила свои силы. Мне стыдно, что не оправдала ваше доверие. Я не думала , что всё будет так сложно…

Голос девушки совсем осип,и она украдкой вытерла слёзы. Боже, какая она жалкая сейчас. Саму себя ненавидела, поэтому, собрав волю в кулак, Алла упрямо поджала губы, смело взглянула в чёрные, кақ сам космос, глаза атландийца и выпалила:

— Я увольняюсь и ухожу. Прошу простить меня за это. Я подвела вас, но…

— Не меня, сиара Солина. Вы подвели себя и только.

Алла удивлённо распахнула глаза и в изумлении уставилась на Теша. Она думала, что тот будет как минимум зол на неё, но республиканец оставался спокоен. Стоял изваянием, заложив руки за спину, смотрел на неё испытывающе, словно чего-то ждал.

— Да, я подвела вас. Я хотела стать…

— Остановитесь, сиара Солина, и давайте разберёмся. Что конкретно вам оказалось тяжело?

Алла прикусила губу и стыдливо оглянулась назад,туда, где чуть ниже по склону находился небольшой дом, отданный в распоряжение женщин.

— Я думала, что я буду вам помогать в развитии школы. У меня есть опыт в этом, пусть небольшой, но всё же есть. Я была рада, что вы предлoжили мне стать вашей ученицей, это честь для меня, сион Юдери. Но я не готова шпионить за вами и постоянно докладывaть всё подполковнику Ахметову. Я не могу так, это неправильно. Он уже всю душу мне вымотал! – с надрывом прошептала девушка, а затем некрасиво шмыгнула носом, выдавила жалобно : – Простите.