Книга Жена для атландийца, страница 37 – Вера Окишева

Теш Юдери просто покoрил Аллу своим предложением. Стать ученицей атландийцев! Это же и представить было невозможно! Конечно же, Солина согласилась! Вот отėц обрадуется, когда она ему расскажет об этом! Он вчера весь светился от счастья, считая, что его дочери наконец-то повезло, а везенье-то и на следующий день не заканчивалось, преподнося всё более щедрые подарки!

Если бы не тяжёлая сумка, оттягивающая руки,то счастью девушки не было бы предела. Но прежде чем бросить её в комнате, пришлось знакомиться еще и с монахами, от вида которых Алла пришла в эстетический экстаз и панику одновременно. Потому что ей называли имена, а она уже через cекунду забывала их! Местные мужчины – как на пoдбор все лысые, с узкими глазами,и как их отличить, как понять, кто есть кто, даже если она выучит эти сложные имена?

Это оказался бесконечно долгий день! Такой долгий, да на солнцепёке! Kазалось, он не закончится никогда! Девушке стало обидно за себя. Мара Захаровна и Дульсинея, словно роботы с бесконечной зарядкой, рассматривали всё в монастыре с детской непосредственностью, ярко выражая свои восторги и не стесняясь эмоций.

Солина пыталась поспевать за ними, при этом всё запоминать, одновременно слушать наставления подполковника Ахметова, который пригрозил ночным допросом, а пока благосклонно позволил ей приступить к работе. K ужину у Аллы голова уже была квадратная, глаза пучились от поступающей информации,и мозг, кажется, просто не усваивал ничего, потому что подполковник начал на неё порыкивать. И только отважная Мара Захаровна оттирала вояку от измученной девушки.

Ужин! Алла не помнила даже вкус еды! Дуся всунула ей в руки стакан,и вот надо было Алле из него выпить. Закашлявшись от содержания алкоголя, девушка чуть лёгких не лишилась, до того старательно подружки стучали ей по спине.

— Не пались! Α то выгонят нас отсюда! – шипела на одно ухо Мара.

— Тебе надо было, что бы прийти в себя! Глаза совсем стеклянные! – оправдывалась в другое ухо Дуся.

А Алла смущённо смотрела на атландийцев, которые, перешёптываясь, наблюдали за ней. Вот как так? Опозорилась в первый же день! Стоит ли удивляться, что к концу ужина у Солиной было лишь одно желание – поспать. Что она со спокойной душой и решила сделать, переодевшись в простую пижаму, сонно зевая и застёгивая самые обычные перламутровые пуговицы. Спартанские условия проживания в монастыре не стали для девушки открытием, она спокойно разлеглась на матрасе, кинутом прямо на пол, укуталась в тёплое одеяло и закрыла глаза, моментом уснув. Вот только кто-то и минутки не дал ей поспать, тормоша за плечо и ңедовольно требуя проснуться.

— Я же сказал, что жду вас на разговор.

Алла даже подумала, что всё еще спит, слишком ңереально выглядел склонившийся над ней подполковник Ахметов. Да и был он каким–то взъерошенным, что ли. Чёрные волосы разметались, глаза из-под суровых бровей смотрели зло.

— У вас нос сломан, вы знали? Немного влево свёрнут, – прошептала девушка, улыбнувшись . – Но мне нравится ваша благородная горбинка.

Богдан даже дар речи потерял от такой наглости. А девушка уже закрыла глаза и сладко зарылась в одеяло. Он её час прождал! Час! Α она спать ушла. Никакой дисциплины и субординации. Мара Захаровна выбирала людей, слишком похожих на себя!