Книга Бессмертная, страница 113 – Елена Тимофеева

Девушка шла по коридору ослепительного света, широко раскрыв глаза, не отворачиваясь, не жмурясь, бесстрашно и гордо, готовая принять удел свой и исполнить предначертанное.

Свет стал гаснуть, утих, мягко разлился окрест, и Ария увидела себя в огромном зале. Далеко уходил ввысь хрустальный потолок, перламутровые колонны удивительной красоты поддерживали сверкающий свод. Вдоль стен, точно в королевской библиотеке, от пола до потолка выстроились стеллажи, но не свитки и книги лежали на них, а в великом множестве стояли песочные часы.

А далеко впереди опять разливался чистый жемчужный свет, поднимаясь к подножию огромной прозрачной ступени, искрящейся в его лучах голубым, жёлтым, розовым. Над первой ступенью нависала вторая, а, чтобы увидеть третью, нужно было или рост иметь повыше того, что природой дан людям или отойти подальше.

Ария задохнулась, закрыла рот ладонью, гася рванувшийся из горла крик. Бешено застучало сердце, жарко стало, будто не в сердце зимы пребывала она, а под палящим солнцем стояла, когда осознала, куда пришла.

Она смотрела на ступени престола Кроноса — владыки времени! А песочные часы, что стояли на стеллажах, отмеряли век каждого на земле живущего! В числе прочих были и её часы, неслышно ссыпался из верхней чаши в нижнюю золотой песок тонкой струйкой, неумолимо считая её дни, недели, года, сменяя утро на вечер, а день на ночь.

Дядько её, Ливий, любил говаривать, что «время — деньги», сравнивая ценность отпущенных лет со звонкой монетой. А Феанор сказал как-то, что «время — вода». Моряком будучи, он морем всё вокруг мерил, с водою равнял время, утекающее сквозь пальцы. Но не так, неверно они думали! Теперь Ария точно знала, что есть время! Не деньги, не вода! Время — песок! И пока не упадёт вниз последняя песчинка, оно есть у каждого!

Она взглянула вперёд, зажмурилась, ослеплённая блеском алмазных ступеней. Слёзы хлынули из глаз, и, не отирая их, не склоняя головы, продолжая смотреть на престол Всевышнего, она опустилась на колени.

— Владыка! — Её голос прозвучал едва слышным шёпотом, будто ветерок в застывших ветвях прошелестел. — Я пред тобою!

Казалось, дрогнули колонны, качнулся свод хрустального потолка от громового голоса:

— Твоя судьба в твоих руках, лунное дитя! Ты вольна изменить её так, как угодно тебе!

— Благодарю, Всевышний! — срывающимся голосом прошептала Ария, поклонилась в пол и застыла, силясь унять бешено стучащую кровь в висках. Поднялась, распрямила спину.

Колени дрожали, сердце бухало где-то в горле, струйки пота ползли по спине. Не видя ничего перед собой, как слепая, она подошла к правой стене, протянула руку, взяла песочные часы, такие же точно, как сотни и тысячи других, безошибочно узнав в них свои.

Дрожа от волнения, смотрела на две прозрачные чаши в золотой оправе. Вот и всё! Лишь стоит перевернуть их, и время обратится вспять! Так просто обрести желаемое! Начать жизнь сначала! И все будут живы: и дед, и кормилица, и матушка! Спокойная безмятежная доля ждёт её, любовь родных окутает маленькую девочку, и звать её будут иначе! Не Ария, что значит «избранная», а, возможно, Алайя, что означает «счастливая»! Не дитём огня и стали быть ей, а дитём мира и света!

Переродиться! Разве есть на земле человек, кто был бы доволен своею судьбой и не желал бы лучшей участи? Разве есть тот, кто не хотел бы начать жизнь заново, вернуться в детство? Сколько отчаявшихся, уставших нести крест бытия, проклинают дни свои и просят богов обратить время вспять! Она не молила, гордо приняла отпущенный жребий, выстояла, не сломалась! Не за то ли, что с достоинством, не ропща, шла по предначертанному, ей пожалована такая награда? Бесспорно, она заслужила её!