Книга Королева, страница 109 – Елена Тимофеева

— Мессир! – вздохнула, увидев вошедшего Арий Конрада. – Что со мной такое, мессир? Аль зло кому причинила, проклял кто? Что за хворь такая непонятная? Голодна, есть хочу, а поем – не принимает душа, обратно всё идёт.

— Сказка ты моя лесная, Гаркана! – улыбнулся магистр.

Присел рядом с нею, коснулся рукою её лба, взял за запястье, послушал, как бьётся вена пульса. Отвёл прядь рыжих волос, упавших ей на лицо, погладил по голове.

— Ты, правда, не понимаешь, что с тобою случилось? – спросил, и тепло, ласка были в его голосе. Прежде Гаркана всё отдала бы, чтобы он говорил и смотрел на неё так.

— Нет, мессир, не ведаю, – вздохнула она, – молочка бы мне парного… Послать, что ли, Потаньку в деревню? Да краденое, небось, тоже душа не примет!

— А он денежку оставит, да, Потанька? – подмигнул бесёнку магистр. – Сходи, голубчик, в деревню, ей в самый раз сейчас молочка попить.

— И хворь отступит? – спросила Гаркана.

Магистр тихо рассмеялся в ответ.

— Как же так, Гаркана, ты же лекарка, а не знаешь хвори своей! – Арий Конрад положил руку ей на живот, погладил тихонько. – Ты дитя его носишь, – сказал, – Инквизитора.

— Как так? – отшельница села на постели, ошалело уставилась на него.

— Ляг, полно тебе, будет! – магистр уложил её обратно. – Отдыхай, – укрыл её, опять погладил по голове, – забыла, что ты женщина, Гаркана? – сказал. – То и случилось, что должно быть. Теперь тебе к нему надо, покуда снега не легли.

— Да как же я теперь пойду к нему, мессир? – ахнула она. – Он подумает, что из-за дитя прибежала, что иного выхода нет у меня! А я не так хочу! Я хочу, чтобы знал Великий, что простила его, и люблю, как прежде, и что сама пред ним виновата и прощения просить хочу! Да точно ли я в тягости? – спохватилась она. – Не ошибся ли ты? Оно ли это?

— Оно, дитя, оно, – уверил её Арий Конрад, – я тогда ещё знал, когда воротилась ты от Инквизитора. Тогда ещё сказал тебе, что не в убытке ты, а значит, с прибылью. Отдыхай, себя береги. Хвороба твоя пройдёт скоро. Потанька молока принесёт, а Ария покуда шиповник тебе сварит. Сваришь, принцесса? – спросил столбом застывшую позади него Арию.

— Сварю уж! – не возражала та. – Ну и дела! Край света! У Великого Инквизитора Кронии наследник будет! Гаркана супружницей Великого станет, дитя ему родит! Край света!

— Не звал покуда в супружницы-то! – вздохнула под своим платком Гаркана. – Только в полюбовницах и ходила!

— Меньше рожу бы воротила, давно позвал бы! – авторитетно заявила разбирающаяся в мужиках Ария, и магистр прыснул со смеху.

— Вот была бы ты в ту пору рядом, принцесса, так научила бы её уму-разуму!

— Скоро ли снега лягут, мессир, как думаешь? – спросила Гаркана.

— Да через пару недель, – отвечал Арий Конрад, – ты, если не полегчает, то не пускайся в путь по зиме. Зимуй тут, или в мою скалу зимовать приходи. Инквизитор сам тебя найдёт. Он не оставит тебя теперь, ты не бойся. Там, чувствую, не всё ладно у него в столице, но как уладит дела свои, тотчас же к тебе примчится.

— Спасибо тебе, – Гаркана взяла за руку Бессмертного, сжала благодарно в своей, – что на путь истинный наставил, в бездну грёз безумных впасть не дал.

— Давай, не болей, – Арий Конрад наклонился и поцеловал её в лоб, – хоть рада? Или не поняла ещё?