Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 97 – Виолетта Вейл

— Почему вы не обратились в коллегию после приступа?

— Потому что коллегия назначала препарат, на фоне которого мое состояние ухудшалось.

Кассиан впервые заговорил без вопроса комиссии:

— Герцог, вы принимали средство годами. Резкое ухудшение могло быть вызвано нагрузкой на городскую защиту.

Северин повернулся к нему.

— Именно это вы говорили. После чего увеличили дозу.

— В соответствии с симптомами.

— Не проведя независимого анализа основы.

— Все основы проходят контроль.

— Тогда представьте результаты по Р-17.

Кассиан промолчал.

Председательствующая постучала молотком.

— Свидетель не задает вопросы эксперту.

Северин снова посмотрел на комиссию.

— Я передал флаконы, медицинскую книгу и закупочные документы госпоже Морвейн по письменному договору. Партия Р-17 поступила в дом Аркхарт за восемь месяцев до расторжения нашего брака. Следовательно, мое состояние нельзя объяснить ее желанием отомстить коллегии после развода.

Последняя фраза была адресована не Кассиану.

Всей комиссии.

Он не просил поверить ему как бывшему мужу.

Только показывал время.

Обвинение строилось на моей личной обиде.

Его болезнь началась раньше этой обиды.

— Вы признаете независимость выводов госпожи Морвейн? — спросила председательствующая.

— Я признаю, что она установила угрозу, которую не обнаружили мои прежние лекари.

— Вы оплачиваете восстановление ее аптеки?

— Нет.

— Предоставляли деньги после расторжения брака?

— Предоставил. Она вернула документ.

— Может ли ваше выступление быть попыткой восстановить отношения?

Северин посмотрел на меня.

— Мои отношения с Миреллой не дают мне права изменять медицинские факты. И не отменяют того, что я поступил с ней несправедливо.

Он произнес это публично.

Перед Гильдией.

Перед представителями коллегии.

Перед секретарями, которые уже сегодня разнесут каждое слово по Астере.

— Я не прошу комиссию считать меня беспристрастным человеком, — продолжил Северин. — Прошу проверить даты, препараты и состояние моего источника. Они не зависят от моих намерений.

Председательствующая отпустила его.

Северин сел в заднем ряду, не подходя ко мне.

Комиссия удалилась на совещание.

Нам разрешили выйти в боковой коридор.

За окнами было видно площадь перед Гильдией. Жители Драконьей улицы все еще стояли возле ступеней. Кто-то принес складные стулья для пожилых. Ора раздавала хлеб. Городская стража наблюдала, но не вмешивалась.

— Вы нашли главное несоответствие, — сказала я Леоне.

— Нашла два.

— Кассиан объяснит их ошибками секретарей.

— Тогда придется объяснить, почему все ошибки работают только против тебя.

Она поправила папку.

— Пока дело не выиграно.

— Знаю.

Северин вышел из зала позже.

Он остановился на расстоянии.

— Можно подойти?

— Да.

— Сообщение из лечебного пункта. Новых тяжелых случаев нет. Финну лучше.

Я почувствовала, как напряжение в плечах стало слабее.

— Кто сообщил?

— Городской посыльный. Письмо адресовано тебе.

Он протянул сложенный лист.

Тея написала коротко:

«Температура у Финна ниже. Ранд встал. Новый пациент один, состояние среднее. Раствора достаточно. Не уходите с заседания из-за нас».

Внизу она добавила:

«Финн требует написать, что вы обязаны победить. Я отказалась включать это в медицинский отчет».

Под строкой стояла приписка другим почерком: