Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 90 – Виолетта Вейл

Северин отвел взгляд.

— Завтра я дам показания.

— Вам придется публично признать болезнь.

— Знаю.

— Совет может отстранить вас от городской защиты.

— Знаю.

— Дом Аркхарт потеряет влияние.

— Мирелла.

— Что?

— Я уже принял решение.

В его голосе не было раздражения.

Только усталость человека, который впервые не пытался скрыть цену собственного выбора.

— Завтра я скажу правду, — продолжил он. — Не для того, чтобы вернуть тебя. Потому что иначе Кассиан использует мое молчание против всех пациентов.

Я кивнула.

Это был правильный поступок.

Но он не стирал предыдущие.

Северин, похоже, наконец понял разницу.

Мы пошли к старой бане вместе, но не рядом.

Между нами оставалось несколько шагов, которые никто не пытался сократить.

За спиной висела закрытая вывеска «Полынь и пламя».

Впервые с момента получения ключа я не могла войти в собственную аптеку.

И все же работа не остановилась.

Драконья улица перенесла ее вместе со мной.

Глава 11 Обвинение

Утро перед трибуналом началось с того, что Финн попытался сбежать из лечебного зала.

Я застала его возле двери старой бани. Он уже надел куртку поверх ночной рубашки и одной рукой затягивал шнурок на ботинке. Второй ботинок стоял рядом.

— Куда?

Финн выпрямился.

— В Гильдию.

— Зачем?

— Давать показания.

— Тебя не вызывали.

— Но обвиняют вас из-за моего лечения.

— Именно поэтому ты останешься здесь.

— Я видел, что было.

— И расскажешь, когда комиссия направит официальный запрос.

Он сердито посмотрел на меня.

Жар у Финна спал еще ночью. Серый налет почти исчез, дыхание оставалось чистым. Это не превращало его в здорового ребенка, способного провести несколько часов в душном здании Гильдии.

— Они скажут, что вы меня отравили, — произнес он.

— Они уже это сказали.

— Значит, я должен ответить.

— Твое медицинское состояние записано господином Сейном. Марта подписала согласие на процедуру. Ивара видела тебя на следующий день. Для начала этого достаточно.

— А если не поверят?

Я подошла и развязала узел, который он затянул поверх рукава.

— Тогда будут проверять доказательства. Не то, насколько убедительно говорит больной ребенок.

— Я не ребенок.

— Сегодня ты пациент. Этого хватит.

Финн бросил взгляд на выход.

Возле двери стояла Тея, скрестив руки.

— Даже не думай, — сказала она.

— Я ничего не думал.

— Ты надел один ботинок и куртку на ночную рубашку.

— Значит, не успел подумать до конца.

— Очень заметно.

Марта подошла из соседнего зала и забрала у внука куртку.

— Ложись.

— Бабушка…

— Мирелла сказала лежать.

— Вы вчера сами хотели идти к Гильдии.

— Я и пойду. А ты останешься.

Финн посмотрел на нас троих и понял, что поддержки не получит.

— Тогда расскажите им про настой, — потребовал он. — И про серые линии. И что я начал болеть до аптеки.

— Расскажу.

— Точно?

— Точно.

Он вернулся к койке, не скрывая недовольства.

В старой бане уже находилось двадцать три пациента. Большинство поступило вчера, во время вспышки. Нескольких привели ночью из соседних кварталов.

Мы разделили два больших зала.

В первом лежали люди с высокой температурой, нарушениями дыхания и нестабильной магией. Во втором находились те, кому требовались вода, наблюдение и временная отмена подозрительных препаратов.

Сейн работал почти без отдыха.