Книга Первая любовь офицера, страница 19 – Рита Нестерова

Когда я наконец выползла из душевой кабины, вся распаренная, с мокрыми волосами, в ванной уже висел густой пар, а зеркало затянуло так, что собственного лица было не видно. Я провела ладонью по стеклу и уставилась на свое отражение.

Ну… уже хоть похожа стала на человека, а не на чучело.

Я быстро вытерлась, переоделась, натянула чистые вещи, сверху запахнула банный халат и на секунду просто замерла, тяжело выдохнув.

И тут меня как током шарахнуло.

Точно.

Телефон.

— Точно! Телефон! — вырвалось у меня вслух.

* Любовь *

Я поставила этот злосчастный телефон на зарядку, села за стол и наконец взяла в руки кружку. Чай был еще горячий, с лимоном.

Даня даже лимон мне порезал…

Я смотрела на эти тонкие желтые дольки, плавающие у края, и у меня внутри снова что-то сжалось.

— Какой же все-таки у меня умный и заботливый сын. Маленький еще вроде бы, школьник, а в такие моменты уж точно взрослее многих взрослых мужиков.

Ничего лишнего не спрашивал, не лез, не суетился. Просто увидел, что мать пришла никакая, и сделал то, что мог.

Поставил чай. Достал печенье. Порезал лимон. И от этого у меня на душе стало так щемяще, что я на секунду даже прикрыла глаза и просто сидела, грея ладони о кружку.

Кажется, я хорошо его воспитываю… пусть по большей мере и одна.

Сделала глоток и только после этого перевела взгляд на экран телефона. Там мигали пропущенные.

Много. Очень много. Почти все от Валеры.

— Еще бы, Валерон, ты не звонил.

Я ухмыльнулась себе под нос, сняла с головы полотенце и швырнула его на соседний стул.

Потом распахнула халат, который нацепила поверх пижамы, потому что меня бесило все и сразу.

И в то же время я была такая уставшая, что даже злиться толком не получалось.

Вот это было самое мерзкое. Когда внутри вроде бы все кипит, а тело уже не вывозит.

Сидишь, пьешь чай, смотришь на экран и понимаешь, что тебе настолько лень отвечать и настолько не хочется слышать его голос, его это жалкое

— Любочка, ты не так все поняла.

Хренасдва! Все я так поняла, уж не идиотка. Ему бы молчать.

Да и я молчала. Специально.

Не стала брать трубку, не стала читать сообщения. Даже не открыла ничего.

Просто допила чай до дна, чувствуя, как по телу наконец расходится тепло, и оставила телефон на столе, чтобы заряжался дальше.

Пусть помучается, еще позвонит.

— Хоть сто раз. Хоть двести. Сегодня я ему ничего не должна. Да и в будущем тоже.

Я встала, еще раз проверила входную дверь, хотя уже заходила и закрывала ее. Но мне мало было. Мало.

Я щелкнула замком, потом накинула вторую щеколду тоже, с таким удовольствием, будто не дверь запирала, а лично перед его носом задвигала железный засов.

— Чтобы если что этот лысый черт сюда точно не прошел. — буркнула себе под нос.

— Ни ногой! Только через мой труп.

И только после этого я пошла в спальню.

Не зря, кстати, прихватила с кухни большой мусорный пакет. Очень не зря. Потому что как только я переступила порог комнатты, как только увидела шкаф, комод, его полки, вещи, его следы в моей жизни, во мне будто что-то щелкнуло.

— Воооот…. этим и займемся, все равно пока не усну.

Я подошла к гардеробной и распахнула дверцу так, что та стукнулась о стену.

— Ой… Ну что, муженек? Поехали!

Вот его сраные семейники летят в пакет. Вот рубашки туда же.