Книга Ветер с Северного моря, страница 128 – Анна Морион

Хелен невольно обернулась на голос мужа и внимательно, без улыбки, но с чувством холода и обиды в груди следила за тем, как он приближается к ним – все такой же высокий, красивый и спокойный, одетый в чистый дорогой костюм, но без сюртука, зато в рубашке с закатанными до локтей рукавами. В его голубых глазах, устремленных на жену, читалось непонимание, а брови были нахмурены.

«Мне здесь не рады. Как я и думала… Впрочем, не важно,» – пронеслось в разуме Хелен.

Увидев Бьорна-Магнэ, белоснежная незнакомка улыбнулась, сложила руки у живота и сказала ему что-то на непонятном Хелен языке. Но белые, взлетевшие брови этой женщины подсказали миссис Нордстранд, что слова, сказанные ее мужу, были сказаны в адрес Хелен, и были отнюдь нелестными.

Бьорн-Магнэ не ответил. Он подошел к дамам и дворецкому и тяжело вздохнул.

— Добрый день, мистер Нордстранд, – первой поприветствовала его Хелен. Сухим, бесцветным тоном.

— Мистер Льюис, прикажите подготовить гостевую комнату для моей дорогой супруги миссис Нордстранд, – обратился хозяин дома к дворецкому.

Незнакомка приподняла бровь и удивленно усмехнулась, но не проронила ни слова.

— Гостевые комнаты имеются в домах для гостей, а мне, мой дорогой супруг, требуются покои хозяйки, – спокойно сказала Хелен мужу.

— Хозяйские комнаты уже заняты, мадам, – доложил дворецкий.

— Правда? Кем же? В этом доме вдруг появилась новая хозяйка? – все с той же фальшивой, спокойной улыбкой спросила Хелен Бьорна-Магнэ.

— В них расположилась миссис Скугхайм, мадам, – вместо хозяина, ответил дворецкий мистер Льюис.

— И кем же вам приходиться миссис Скугхайм, раз вы так смело отдали ей мои покои? – вновь обратилась Хелен к Бьорну.

— Сестрой. Она приехала три дня назад, из Норвегии, – холодно ответил ей муж.

— Ах, мне следовало бы догадаться. Вы так похожи. Особенно ваши глаза – как куски северного льда. – Хелен смело смотрела прямо в глаза супруга, словно говоря ему: «Но этого льда я не боюсь!»

— Мистер Льюис, – сказала Хелен дворецкому, одарив его теплой, приветливой улыбкой, – все же прикажите подготовить комнату для гостей. Миссис Скугхайм может занимать мои хозяйские покои до завтра, но завтра, до вечера мои покои должны быть вымыты и подготовлены, чтобы принять меня – свою хозяйку.

Сестра Бьорна взглянула на нее с нескрытым возмущением.

— И где же вы намерены ночевать, моя дорогая супруга? – сузил глаза Бьорн-Магнэ, но его губы вдруг сложились в слабую улыбку, словно он считал всю эту ситуацию невообразимым фарсом, но вовсе не находил его забавным.

Однако Хелен находила этот фарс не только забавным, но просто смешным. И она была довольна собой. Тем, как элегантно она приняла бой. Тем, как красиво дала отпор этой наглой сестре Бьорна. Тем, что сейчас стояла в этом холле и настаивала на своих правах. И она не остановится. Она здесь хозяйка. Она и только она.

— Конечно, вместе с вами, мой дорогой супруг. Где еще мне ночевать, как не в ваших уютных покоях? – ответила ему Хелен, тоже с улыбкой, но теперь она вновь превратилась в фальшивую: не показывать же дворецкому, что между ней и ее супругом стояли непонимание и, возможно, даже отчуждение. Хотя, почему «возможно?». Так и было. И будет теперь всегда.

— Надеюсь, мои покои пришлись вам по вкусу, и вы смогли отдохнуть после долгого плавания, – сказала Хелен сестре мужа, которая смотрела на нее с нахмуренными бровями и сложенными на груди руками. Затем она вновь взглянула на мужа: – Но проведите же меня в ваши покои, мой дорогой супруг. Я устала и тоже желаю отдыха. Ах, да! – Она вновь улыбнулась дворецкому. – Я приехала в своей карете и с четверкой лошадей. Их, а также конюха и кучера нужно удобно устроить. Мой багаж лежит в карете. Для моей камеристки Дорис нужно сейчас же подготовить комнату для прислуги.