Книга Не дразни меня, страница 40 – Ольга Рузанова

— Нет, - бурчу под нос.

— Правильно. Таких изнасилований будет ещё дохрена. Не наездишься каждый день на экспертизы.

Связавшись с охраной, дает им наши координаты.

— Каждый день? Думаешь, я с тобой спать буду? - хмыкаю с вызовом, испытывая при этом постыдный трепет в животе.

Литовский не отвечает, а у меня зудит. Потребность цепляться к нему невыносимая.

— Что, твоя горничная уже не справляется со своими обязанностями? Где она, кстати? Её отпуск затянулся. Почему всю грязную работу за нее должна делать я?

— Карина уволена, - отвечает Адам, - Ты права, теперь сосать придется тебе.

Прячу несвоевременную улыбку.

— Конечно, милый. Сейчас приедем домой, накормим кота, и я тебе сразу отсосу.

В обращенном на меня волчьем взгляде вспыхивает чёрный огонь. Я тяжело сглатываю.

— Даже не мечтай!

Медленно двигаясь до съезда с трассы на проселочную дорогу, где меня ждал Литовский, мы оказываемся там почти одновременно с машиной сопровождения.

Чёрный, в точности такой же, как наш, внедорожник останавливается, и из него выходят трое укомплектованных оружием мужчин. Один из них говорит в рацию.

И это от них я собиралась сбежать? Вот дура!

Запахиваю плед на плечах и накидываю сверху его пальто. Оно тяжелое, пахнет резким парфюмом и немного табаком. Вкусно пахнет.

Уткнувшись носом в воротник, смотрю в окно на мужчин, только сейчас начиная осознавать все произошедшее в этот вечер. Сложившаяся в голове цельная картинка пугает.

Нашарив свою сумочку рукой, нахожу в ней телефон и сразу набираю Леньку. Абонент недоступен.

Чёрт! Что это значит?!

С ним уже что-то сделали, или он прячется?

Один за другим в мозгу начинают вспыхивать вопросы: как Лютый узнал? Меня прослушивают? Почему сразу не пресек? Зачем был весь этот спектакль? А если он узнает, что Леня работает в доме отца и сдаст его? А тот в свою очередь подставит своего отца, начальника охраны.

Боже!... Это я во всём виновата.

Внезапно задохнувшись, я немного опускаю стекло и слышу:

— Адам Викторович, мне с вами ехать?

Замираю. Тот, обернувшись на машину, отрицательно качает головой.

Слава богу! Я не снесла бы ещё и этого унижения.

Сев за руль, Литовский выезжает на трассу, за ним машина с охраной.

— Мой телефон прослушивается? - спрашиваю негромко.

— Разумеется.

Вспомнив эпитеты, которыми я награждала Адама, безмолвно стону и прикрываю глаза.

Меня от него не тошнит и никогда не тошнило!

— Что с Леней? Он не виноват, это я его заставила.

— Его не тронули.... пока.

Укладываясь на сидение, успеваю заметить перекатывающиеся под его кожей желваки.

— Не трогай, - прошу я, - Он действительно не при чём. Хотел помочь.

— Не трону. Если будешь тихой и послушной.

— Я буду тихой и послушной.

Усмешку на его лице я тоже вижу. Не верит, и правильно делает.

Не знаю, как быстро мы приезжаем. Несколько раз проваливаясь в сон, я теряюсь во времени. Окончательно просыпаюсь и сажусь, когда джип останавливается у самого входа в дом.

Несмотря на то, что ещё несколько часов назад я была уверена, что не вернусь сюда больше никогда, испытываю ни с чем не сравнимое облегчение.

Так хочется в горячий душ и спать!

Литовский выходит, я тоже двигаюсь к двери и, открыв её, вываливаюсь прямо на него.

— Я сама!

Подхватив на руки, он несет меня в дом. Я держусь за его шею и разглядываю волоски в его щетине. Она колючая - я помню.