Книга Разреши мне любить, страница 50 – Ольга Рузанова

— Они не его дети, – вставляю я, почувствовав глухое раздражение от слов мамы.

— Хорошо!.. Не его! Тогда пусть откажется от них.

— Леша собрал документы в суд.

— И правильно. Чего тянуть?..

Ее неприкрытая неприязнь к Денежко тает, как потемневший снег во дворе. Как не хотела бы она злиться на него и винить во всех смертных грехах, но не может не замечать, сколько он делает для нас.

Придя сегодня навестить внуков, мама не смогла сдержать удивления, когда увидела полностью укомплектованную детскую и кухню ее мечты.

— У вас теперь в родственниках сам мэр города. Твоему мужу не тягаться с ним.

— Этого не потребуется, мам… – буркаю тихо.

— А что твоя свекровь? Может, стоит поговорить с ней? Пусть повлияет на сына, он же ее всегда слушает.

Разговора с Мари еще не было, и это тоже держит в напряжении. Она сама не звонит, я тоже трусливо оттягиваю, хоть и понимаю, что нам с ней следует обсудить сложившуюся ситуацию. Как ни крути, почти два года она называла моих детей своими внуками.

— Наверное, я позвоню ей.

— Пусть твоя тетка надавит…

— Юля? Надавит на Мари? – усмехаюсь я.

Юля может давить только на меня, и то в последнее время безуспешно. Что же касается нашего со Станисом развода, то она приложит все усилия, чтобы он не состоялся. Мне кажется, это уже не надежда вернуть былое расположение подруги, а дело принципа – ей тяжело признавать, что когда-то она крупно просчиталась, сделав ставку на меня.

— Я всегда знала, что она любит только себя.

Оставляю мамину реплику без ответа. Складываю посуду в мойку, которую она тут же ополаскивает, и быстро навожу порядок на кухне.

Как бы не было иногда сложно с моей мамой, я благодарна ей за то, что иногда она приезжает, чтобы помочь мне.

Быть мамой близнецов невероятно сложно. Быть мамой близнецов в те дни, когда не приходит Марина, еще сложнее. Моя жизнь похожа на бег по кругу, в центре которого мои дети и их потребности. Времени на себя, жалость и сожаления не остается, но кто бы мог подумать, как сильно меня это радует. Мне некогда думать о проблемах, и потрясения, которые я испытываю всякий раз, когда приходит Лешка, проходят, как только передо мной встает новая задача.

— Я смогу прийти в субботу, – говорит мама, собираясь домой, – Надо?

— Да, приходи.

— Если будет тепло, погуляю с мальчишками в сквере.

— Ага…

Она уходит, а я ныряю с головой в домашние хлопоты. Однако мысль, которую мама вложила в мою голову, кружит там назойливой мухой. Что, если мне и правда самой позвонить Мари? Не думаю, что она станет избегать разговора со мной так же, как это делает ее сын.

Возможно, она в курсе планов Станиса относительно нас и сможет объяснить, чего мне ждать от него.

Вечером, дождавшись, когда Ромка и Арсений уснут, я завариваю для себя чай с мятой и, обняв горячую кружку рукой, набираю свекрови. Длинные гудки наматывают мои нервы на кулак, и мне приходится приложить немало усилий для того, чтобы не скинуть вызов не отбросить телефон подальше. Сжимающие его пальцы предательски дрожат.

— Варя? – вдруг раздается в трубке ее ровный голос.

— Эмм… здравствуйте, Мари.

— Здравствуй, – произносит так, что вдоль моего позвоночника стекает тонкая струйка холода.

Речь, которую я готовила добрую половину дня, мгновенно забывается. В голове, в том месте, где она была прописана, чистый лист бумаги.