Книга Разреши мне любить, страница 48 – Ольга Рузанова

Меня окатывает волной раздражения. Не на сына, который голосит на всю клинику, а на Варьку, которая уже который раз ведет себя так, словно боится, что я разочаруюсь в собственных детях. Откуда это?! Я что, повод давал?..

— Ну-ка, посиди, – говорю Ромке, усадив его на стоящую рядом кушетку, и опускаюсь на корточки перед Арсением, – Тебе страшно?

— Да!.. – рыдает в голос.

— Он сейчас успокоится, да, Арсюш?..

— А знаешь, что я придумал? – взяв за руку, произношу заговорщическим тоном.

Сын продолжает плакать, но в блестящих глазах тут же вспыхивает интерес.

— Давай, сначала доктор послушает меня? Потом Романа, а затем тебя.

Быстро закивав, он шустро слезает с колен матери и самостоятельно опускает майку. Варя встает со стула, а я занимаю ее место.

— Смотри, Арсень, – тихо зовет его, когда я поднимаю рубашку.

Елена Андреевна ошалело на меня глазеет и, кажется, не сразу понимает, что от нее требуется. Пялится на мою грудь и тянется к нем стетоскопом.

Пацаны, замерев, наблюдают за тем, как она слушает меня. Я подмигиваю обоим и случайно напарываюсь на Варькин взгляд. В нем самый настоящий шок. Мне хватаем миллисекунды этого контакта, и я его разрываю.

Педиатр, войдя в роль слушает меня спереди и сзади, а потом к ней, на ходу поднимая свою одежду, бежит Ромка.

Арс, успокоившись, отрывается от матери и подходит к брату, которые дергается и хихикает от каждого прикосновения стетоскопа.

— Нужно было Ромку первым садить, – говорю я Варе.

— Это он, глядя на тебя, так развеселился, – отвечает с улыбкой еле слышно, – А то тоже мог истерику закатить.

Дальше прием проходит по плану. Получив рекомендации, мы выходим из кабинета и шагаем по коридору.

— Спасибо, Леш, – слышу я.

— Отправь мне название витаминов. Я куплю.

— Я сама закажу в аптеке с доставкой.

— Отправь, – припечатываю жестко.

Это ее привычка тоже раздражает, и сильно. Откуда в ней взялась такая страсть к независимости?.. Она все время демонстрирует мне свою способность к самостоятельной жизни. Или же это банальное нежелание принимать что-то именно от меня? Не хочет быть мне обязанной, потому что ждет, когда ее муж созреет на мировую?

Так ведь я действую исключительно в интересах детей. Не в ее. Я между ними вклиниваться не собираюсь.

К моменту, когда я останавливаю машину у подъезда дома, оба моих пацана в глубоком отрубе. Варька озадаченно смотрит на них, а потом переводит взгляд на меня.

— Их сейчас не разбудить. Поможешь?

— Помогу.

Мы всю дорогу молчали. И сейчас несем в квартиру спящих детей молча. Скинув обувь у порога, она быстро проходит в детскую и кладет Ромку на кровать. Я следом. Укладываю Арсения рядом и расстегиваю его куртку.

Ситуации, которые мне приходится проживать каждый день, проворачивают нутро и сотрясают сознание. Я уже должен привыкнуть видеть ее в квартире, купленной на мое, блядь, счастливое будущее, но всякий раз, когда я наблюдаю, как она ходит по ней в шортах и длинной майке, как шлепают по полу маленькие ноги этих двух пацанов, мне кажется, что я сплю.

— Спасибо, Леш… – благодарит снова.

— Не за что.

Выхожу на улицу, сажусь в машину и бью по газам.

Я не хочу ее видеть. Ни видеть, ни говорить, ничего знать о ней. Я устал подавлять гнев и контролировать каждое слово, когда нахожусь рядом. Я привык думать, что Варьки в моей жизни больше нет, мне, мать твою, прекрасно жилось в этом осознании.