Книга Не по правилам, страница 34 – Саша Кей

Предпринимаю попытку отодвинуться от Таира, чтобы посмотреть в бессовестные глаза этого развратника, но ничего не получается: он плечом придавил мне волосы. Наконец Нарыков замечает мои дерганья и отодвигается сам. Спускает ноги с кровати и садится, растирая лицо крупными ладонями. Я вижу, что он тоже в одежде. Мятая футболка и пояс джинсов. Мне чуть-чуть легчает.

— То есть так, да? — каркаю я севшим голосом. — Хотел воспользоваться моим состоянием? А что? Не смог?

Таир оглядывается на меня. В карих глазах мука.

— Алсу, в молчании есть свой непередаваемый шарм. Тебе пойдет. Стоит попробовать, я считаю. Хоть ты и выглядишь как страх божий, но была почти лапочкой, пока спала…

Что? Страх божий?

Слишком резко сажусь на кровати, чтобы посмотреть в зеркальную дверцу шкафа. Голову сразу ведет, но я успеваю заметить в ранних утренних сумерках отражение чего-то всклокоченного и чумазого. Нет, я не готова это видеть. И падаю обратно.

— Это все Юсупова виновата, — изрекаю я.

— В том, что я опаздываю, виновата ты, — шипит Таир. — Пришлось перенести встречу.

Нет, то, что Нарыков не попал к своей телке и у него обломалась ночь секса, это, конечно, праздник. Только он, похоже, не извлек урока и собирается наверстать упущенное. И вот это уже бесит. Собравшись силами, я лягаюсь, но не достаю несколько сантиметров до бедра Таира. Вот ведь мерзкий тип.

— Я? Каким образом? — склочничаю я. — Никто тебя не заставлял приезжать. Какого черта вообще тут спал?

Во взгляде Таира столько всего, что я не берусь сказать, чего именно там больше.

— Это вопрос к тебе: с какой стати ты не выпускала меня из квартиры?

Я хлопаю глазами. Очередная история от фантаста Нарыкова. Этот шкаф не смог отбиться от хрупкой меня? Только не говорите, что царапина у него на шее оставлена мной, и она-то и подкосила это тело? Сколько в нем? Килограмм девяносто?

— Припоминаешь? — ехидно спрашивает Таир. — Давай, вспоминай.

А можно не надо? Это ж нужно напрягаться. Шевелить извилинами. Уверена: я вела себя безупречно. Вон, даже трусы на мне. Вся ответственность на Таире.

Но поздно. Смутные картины загружаются в память. Не без потерь, конечно, но основное направление прослеживается. Вот Таир заводит меня в квартиру. Я требую помощи с ремешками на босоножках. Пока он возится, я перебираю пальцами темные волосы и радую Нарыкова тем, что у него нет седых волос. «Это ненадолго», — цедит он.

Потом я стенаю, что мне надо попить. Нет, не воды, а сока. И не в этой кружке, а в стакане. А где лед?

Дальше сообщаю, что мне нужно на ручки и в кроватку. Когда Нарыков в тихом бешенстве оттаскивает меня в комнату, я вцепляюсь в него и начинаю рассказывать про свой проект. Мой великолепный план Таира, похоже, не интересует. Бесчувственный тип.

На финише я ставлю условие: пока Таир меня не поцелует, никуда не уйдет. Для надежности я наматываюсь ему на шею.

Судя по тому, что Нарыков остался до утра, целовать спящую красавицу он отказался.

Подлец.

— Так чего ты не ушел, когда я уснула? — очень хочется все-таки пнуть Таира, но я по-прежнему не дотянусь.

— Каждый раз, когда я думал, что ты наконец вырубилась, и пытался отцепить твою руку от моего горла, ты вскидывалась, и все начиналось по новой.

Все. Между нами пропасть. Ничего у нас больше быть не может.