Книга Твой худший выбор, страница 96 – Ольга Рузанова

Кира

Утро наступает слишком быстро, но я чувствую себя вымотанной и невыспавшейся, потому что так и не смогла сомкнуть глаз всю ночь. Денис собирается, курсируя по квартире, и с кем-то негромко говорит по телефону в такую рань. Я слышу обрывки фраз и отдельные слова, по которым понимаю, что он обсуждает рабочие моменты с отцом.

Потом наступает тишина, разбавляемая только его тихими шагами за спиной.

— Ты любишь блины со сливочным маслом или со сметаной? — спрашиваю, чувствуя, как он подкрадывается.

— Со сгущенкой, — отвечает Дэн, обнимая меня сзади.

— Сгущенки нет. Выбирай, масло или сметана.

— Сметана, — говорит в ухо, — Кир?...

— М?...

— Я улетаю сегодня.

— Правда? — пытаюсь говорить шутливым тоном, но от улыбки, что я нацепила на лицо, едва мы встали, уже болят щеки, — Куда?

— Я уезжаю, Кира. На год.

Становится не до смеха. Я выливаю порцию теста на сковороду, но разлить его ровно по всей поверхности не получается. Уверена, этот блин будет горчить.

— Я знаю. Ты наверное удивишься, но для меня это не новость.

— И?... Что ты чувствуешь?

Отведя голову в сторону, я открываю ему доступ к шее и сразу чувствую кожей его губы. Они втягивают ее и ощутимо прикусывают.

— А что я должна чувствовать? — спрашиваю тихо, переворачивая блин.

— Ты будешь скучать?... Думать обо мне?...

— Конечно... — теплые губы поднимаются выше, задевают подбородок и щеку.

— Кира!... Твою мать!

— Что?...

Я поворачиваю голову и встречаюсь с его хмурым взглядом.

— Вопрос.

— М?...

— Как ты относишься к отношениям на расстоянии? — интересуется Данилов, и в моей груди тот час становится горячо и тесно.

— Что ты имеешь в виду?

— Отношения на расстоянии, Кира. Слышала о таком?

— Слышала, — проговариваю негромко, сдвинув сковороду с плиты и выключив огонь, — Но ты сам в них веришь?

— Я не пробовал, — усмехается Денис, — Но другого выхода не вижу.

— Почему?

Он опускает руки и, сунув их в задние карманы синих джинсов, отходит на шаг. Насмешливое выражение лица меня в заблуждение не вводит. Я знаю его достаточно хорошо, чтобы понимать — он взволнован.

— Потому что не хочу отпускать тебя. Я вернусь через год.

— И потом снова уедешь?...

— Нет. Я закончу стажировку в Штатах, приеду и останусь здесь.

За ребрами становится ещё горячее. Сердце неистово колотится где-то в горле.

— Но почему? — повторяю свой вопрос тихо.

Мне надо знать!... Мне, нахрен, просто необходимо это слышать, иначе горящий внутри огонь спалит меня дотла.

— Честно?...

— Разумеется, Денис.

Он разминает шею, массирует затылок рукой, недолго глядя куда-то в сторону, словно собирается с мыслями и настраивается озвучить нечто крайне важное для себя. И для меня тоже.

Я, упираясь рукой в столешницу позади себя, дышу через раз и не свожу глаз с его лица.

— Я не в курсе, как вся эта фигня называется, но чувствую, что не хочу быть без тебя.

Ну-у-у... Давай ещё!... Ещё! Говори, мой хороший, я в тебя верю!

— Мы будем общаться каждый день, а потом, когда я вернусь, снова будем вместе.

— Денис... ты влюбился в меня?

Хмыкнув, он начинает хрипло смеяться, но через несколько мгновений его смех резко обрывается, и он становится очень серьезным.

— Влюбился, Рокотова. Поехал. Врезался. Сгинул в омуте страстей, — произносит, глядя на меня из-под опущенных век, — Называй как хочешь — суть одна. Я тебя, язву, уже не отпущу.