Книга Самое королевское убийство, страница 105 – Си Джей Беннет

— Я… – Кэссиди смотрел прямо на нее. Душную комнату наполнило долгое молчание. Он облизал сухие губы. – Я честно думал, что это олень, выбежавший с болот. Или барсук. Я ничего не видел, но вдруг раздался этот… удар. И что‐то белое на лобовом стекле. Я испугался. Притормозил и оглянулся, но ничего не увидел на дороге, а потом заметил темную фигуру и подумал, что, возможно, это все‐таки был барсук.

— Вы не остановились, – резко напомнила королева.

— Я не мог. – Он залился краской.

Она заметила, каким жалким он выглядит, и добавила:

— Думаю, все‐таки нам лучше присесть.

— Вы, похоже, знаете про нас с Хеленой, – без выражения сказал Кэссиди. – Мы собирались провести вместе ночь. Попытались найти место, где никто нас не увидит. Рядом с Холкэмом есть небольшое местечко… Каждый ехал на своей машине. Я выпил пару бокалов шираза за обедом, если бы приехала полиция, у меня отобрали бы права, а у меня это новая работа в поместье, я так долго ее добивался и… все шло так хорошо. – Он посмотрел на королеву злобными глазами ищейки. – Все шло так хорошо, – повторил он, – и я не хотел все терять из‐за чертового барсука.

— Барсука, – королева смерила его неумолимым взором. – А на следующий день? Тогда‐то вы должны были понять, что произошло на самом деле.

Кэссиди уронил голову и ничего не сказал.

— Вы могли пойти в полицию. Они разыскивали свидетелей.

— Да, – он медленно поднял взгляд, пока не встретился глазами с королевой. – Мог. Но к этому времени… – Он пожал плечами. Выглядел управляющий абсолютно раздавленным. – Она уже была в больнице. Я ничем не помог бы.

— Джуди Распберри – не барсук, мистер Кэссиди.

— Я знаю! – огрызнулся он стыдливо. – Но я совершил ошибку. Попытался все скрыть, но… Случившегося не изменишь, и моя жизнь в любом случае разрушена. Я ничего не могу поменять. – Он вновь беспомощно пожал плечами. – Хелена оставила свое свидетельство. Больше она со мной не разговаривает.

Королева позволила ему еще минуту посидеть в тишине.

— Вы, кажется, ждете от меня жалости. – Слова королевы заставили Кэссиди дернуться, как от удара. Она направилась к двери, но остановилась почти в проеме. – Думаю, вы достаточно жалеете себя сами. Я не могу сделать выбор за вас, мистер Кэссиди, но я могу вам сказать с абсолютной уверенностью, что кое‐что вы можете поменять. Вы можете сказать правду и дать родным и близким миссис Распберри некоторое понимание того, что случилось. Возможно, они не простят вас – это их дело, – но они будут знать. Вы избавите их от бесконечно ноющей неопределенности. И вы, конечно, заплатите за это высокую цену. Наверняка полиция предъявит вам какое‐то обвинение. Но разве посмотреть им в глаза и признать вину – перспектива хуже, чем то, как вы живете сейчас?

Она заметила, что Кэссиди боится взглянуть ей в глаза. Сам он уставился на ковер.

— Подумайте об этом, – продолжила королева. – Дайте знать, когда примете решение.

Он пробурчал что‐то настолько неразборчивое, что ей пришлось переспросить:

— Что?

— Я говорю, наверное, вы будете ждать прошения об отставке к утру, мэм.

— Я жду искренности и доверия, мистер Кэссиди. Я жду определенной смелости и моральных ориентиров. Мы поговорим снова, когда вы примете решение.

Она вышла из офиса не прощаясь, а он так и стоял, оцепенев, посреди комнаты.