Книга Смерть в бриллиантах, страница 54 – Си Джей Беннет

— Ну и ну! Посмотрите-ка на нее!

Ева бесконечно радовалась повороту в судьбе Джоан, но из них двоих именно она чувствовала себя здесь как дома. Она была портнихой и шила дамам, которые не могли позволить себе ведущих дизайнеров. Тетя добывала самые модные выкройки, и ее костюмы и платья выглядели так же стильно, как на картинках в журналах. Наряды ее клиенток мало чем отличались от оригиналов высокой моды. “Весь секрет в тканях и крое”, – говорила тетушка. В своем приталенном платье и жакете из твида, скопированными с “Диора”, она могла поспорить элегантностью с Деборой Фэрдейл – не хватало только дорогой завивки, да и форма носа подкачала.

Джоан провела рукой по краю синего дивана, обитого бархатом. В дальнем конце гостиной стоял небольшой круглый обеденный стол; арочный проем вел на кухню с газовой плитой и электрическим холодильником.

— Так говоришь, это личный секретарь тебя сюда поселил? – спросила Ева.

— Да. Квартира принадлежит майору Россу. Моему фантомному арендодателю. Сэр Хью Массон сам все организовал.

— Разумный мужчина, – кивнула тетя. – Нельзя хорошо выглядеть перед королевой, если каждый день тащишься через пол-Лондона.

— Дело не во внешнем виде! – запротестовала Джоан.

— А в чем же? – Ева приподняла идеально выщипанную бровь.

— В работе. Мы друг друга понимаем. Обе любим делать все как следует.

— Ну, если ты так говоришь… Кстати, у тебя не получится рассмотреть косточки в ее вечерних платьях? Мне интересно, как мистер Хартнелл их закрепляет. По-моему, у него какая-то новая техника.

— Вечерние платья не по моей части! – засмеялась Джоан. – У меня нет возможности вывернуть их наизнанку.

— Жаль. – Ева вздохнула. Она подошла и обняла Джоан. – Мы будем скучать, знаешь ли. Дома без тебя все не так.

— Да. Элис будет спать на нормальной кровати вместо матраса на полу.

— Ей это никогда не мешало. Она тебя обожает. – Тетя ласково погладила щеку Джоан рукой в перчатке.

— Я тоже ее люблю, – сказала Джоан, крепко обнимая стройную тетю. – И тебя.

Фигура у тети Евы была такой же, как у матери Джоан, умершей, когда дочь была подростком. Когда тетя обнимала племянницу, в той оживало чувство утраты, поднимаясь волной. Младшая из трех кузин, с которыми Джоан делила комнату, Элис, унаследовала от своей матери ярко-рыжие волосы и россыпь веснушек на носу. Джоан знала, что будет скучать по девочкам, но одновременно наслаждалась независимостью. Как будто судьба давала ей последний шанс.

Джоан прожила на свете почти четыре десятилетия, но ее жизнь умещалась в четыре чемодана, два из которых принадлежали тете Еве. Разбирая их на кровати, чтобы тетя забрала домой пустые чемоданы, Джоан нашла в одном из них подарок – коричневый бумажный сверток, аккуратно перевязанный лентой.

— О, это тебе, – небрежно сказала Ева. – Сшила прошлой ночью из остатков. Распакуешь позже.

Еще раз обнявшись с тетей на прощанье, Джоан вернулась к подарку. Развернула бумагу и встряхнула сложенную ткань. Это было шелковое кимоно цвета нефрита, подбитое шелком с узором цветущей сакуры. Тетя Ева определенно сшила его не из “остатков”: только ткань наверняка обошлась в целое состояние. Кимоно было достойно принцессы – или дамы в норковом манто, которая, поздоровавшись с соседкой, шла домой и садилась на синий бархатный диван. Джоан накинула кимоно поверх платья и задумалась. Что ждет ее впереди? Все складывалось слишком хорошо, чтобы длиться вечно.