Книга Смерть в бриллиантах, страница 144 – Си Джей Беннет

Лорд Сеймур расхаживал по палубе “Королевы Мэри”. Погода над Атлантикой была ужасной, и сейчас в качке настал лишь короткий перерыв. Еще три дня. У министров правительства обычно нет времени, чтобы неспешно пересекать океан, когда в их распоряжении есть флот реактивных самолетов, но жена настояла. Ей нравилась роскошь лайнера, и на самом деле путешествовать морем было проще, чем перевозить несметное количество ее багажа самолетом.

Он не знал, сколько еще продлится такая жизнь. Его уже считали изгоем в партии те, кто делал все то же, что и он, и даже хуже. Были встречи, на которые его не приглашали, заявления, которые делались без его одобрения. Он не знал, что его ждет по окончании поездки.

Как жена отнесется к Шотландии? Когда-то она любила эту страну.

Леди Сеймур стояла в нескольких метрах впереди, неподвижно застыв у поручня и безучастно глядя на бесконечные волны. Даже сейчас он не мог не восхититься ее профилем и покроем брюк от кутюр. Его жена была самой элегантной женщиной на корабле, с удовольствием отметил он. Обычно это так и было, где бы она ни находилась, но на “Королеве Мэри” царила жесткая конкуренция.

Он подошел к ней:

— Прекрасно выглядишь, дорогая.

Она не повернулась к нему и не сказала ни слова. Она почти не разговаривала с ним последние несколько дней.

На самом деле она почти не разговаривала с ним с апреля. Словно опустила на лицо вуаль – и не ту, что у невесты. Она выполняла свои обязанности, оставалась такой же безупречной, как в день их знакомства, но теперь во всем этом появилось что-то механическое. Сеймур не знал, что сделать, чтобы вернуть ее.

Они не говорили о тиаре. Не обменялись ни единым словом. Он уже забрал камни у полиции, но она не хотела их надевать. Для бала в Нью-Йорке она договорилась взять что-то напрокат у Бентли. Ее платье от “Живанши” стоило ему целое состояние. Как он сказал тому полицейскому инспектору, она будет выглядеть великолепно. Но он сомневался, что жена и тогда заговорит с ним.

Сеймур спустился вниз переодеться к ужину. Прошлым вечером он напился, и это немного помогло. Сегодня он намеревался напиться снова.

Преимущество королевского турне в том, что оно практически не оставляет времени для тревожных мыслей. График первого дня в Канаде не стал исключением: встречи, переезды, возложение цветов павшим воинам, бесконечные приветствия… А затем выступление в прямом эфире перед всем Содружеством – королева справилась только потому, что Филип рассмешил ее за минуту до выхода в эфир; она расслабилась и смогла заговорить.

На следующее утро усатые мужи, как обычно, выстроились рядком, чтобы рассказать, как прошло накануне и как все ею довольны. Сэр Хью был щедр на похвалу, но никто не аплодировал с большим энтузиазмом, чем Джереми Раднор-Милн.

— Исторический день, мэм. Вы овладели новым средством коммуникации, словно всегда это умели. И на французском! Tellement impressionant, madame. Épouvantable!^[37]

Королева сама собиралась его прервать, когда вмешался лакей, объявивший, что личного секретаря просят к телефону.

— Это не может подождать? – раздраженно спросил сэр Хью. – Разве вы не видите, мы тут…

— Это помощница личного секретаря из Лондона, сэр. Она говорит, что есть новости.

— Прошу прощения, мэм. Вернусь через пять минут.