Книга Полая игла, страница 60 – Морис Леблан

И наконец, в брошюре 1815 года рассказывается еще об одном достоверном случае. Во время Французской кампании автор, будучи уже наполеоновским офицером, как-то вечером, когда пала его лошадь, постучался в какой-то замок и был принят там уже старым кавалером де Сен-Луи. Беседуя со стариком, он неожиданно узнаёт, что этот самый замок, расположенный на берегу Крёзы, звался замком Иглы, а назвал его так король Людовик XIV. Именно по его велению и был построен замок с башнями на крыше и шпилем, напоминавшим иглу. И произошло это в 1680 году.

В 1680 году! Ровно через год после выхода книги и заточения в крепость Железной Маски! И объяснение тому было следующим: Людовик XIV, опасаясь, что тайна станет известна многим, специально построил замок с таким названием, с тем чтобы раз и навсегда удовлетворить любопытство толпы. Хотите узнать, что такое Полая игла? Да это королевский замок на берегу Крёзы с остроконечными башнями! Таким образом, становился якобы известным ключ к разгадке, и всякие поиски прекращались.

Расчет оказался верным, так как спустя двести лет господин Ботреле также угодил в расставленную ловушку. Именно на это я и хотел указать вам, господин директор, садясь за свое письмо. А Люпен, сняв на имя барона Анфреди у господина Вальмера замок Иглы на берегу Крёза и именно там разместив обоих пленников, знал заранее, что поиски господина Ботреле неминуемо приведут его туда, и, чтобы обеспечить себе спокойное существование, которого он так добивался, приготовил для господина Ботреле, если можно так выразиться, историческую ловушку Людовика XIV.

Отсюда проистекает бесспорный вывод о том, что именно Люпену, с его обширными познаниями, не имея других источников, чем те, которыми располагаем мы, удалось лишь одной силой своего выдающегося гения расшифровать неподдающийся разгадке документ, и, следовательно, не кто иной, как Люпен, являясь, таким образом, последним наследником французских королей, владеет высшей тайной Полой иглы.

На этом заканчивалась статья. Но вот уже несколько минут, с того самого места, где говорилось о замке Иглы, чтение продолжал один из приглашенных. Ботреле же, ощутив свое поражение, униженный и раздавленный горечью неудачи, оставил газету и рухнул на свое место, прикрыв руками лицо.

А гости, в волнении затаив дыхание, по мере чтения подходили все ближе и ближе и теперь все сгрудились вокруг него. Толпа замерла в тревожном ожидании его возражений, ответных слов.

Но он оставался недвижим.

Мягким движением Вальмера отвел руки молодого человека от лица и поднял его голову.

Изидор Ботреле плакал.

Четыре утра. Изидор не вернулся в лицей. Он возвратится туда лишь тогда, когда окончится беспощадная война, объявленная им Люпену. Он сам поклялся себе в этом, пока друзья отвозили его, помертвевшего, в полуобморочном состоянии, домой. Безумная клятва! Абсурдная безрассудная война! Что мог сделать один безоружный подросток против наимощнейшей в мире армии, звавшейся «Арсен Люпен»? Куда наносить удары? Он неуязвим. Как ранить его? Он непробиваем. Как вызвать его на бой? Он недоступен.

Четыре утра… Изидор снова в доме друга-лицеиста. Он стоит у камина, локти на мраморной полке, а сжатые кулаки упираются в подбородок. И смотрит на свое отражение в зеркале на стене.