Книга Фактор Лилит, страница 40 – Джин Пайва

Его обычно острый ум действовал вяло, оставалось надеяться, что ему удастся обрести бодрость, необходимую в семнадцатый час второго дня – через несколько часов, – чтобы призвать на помощь еще более могущественные силы. Сознание, что следующая церемония будет еще опасней, не обескураживало Майкла. Цель подстегивала его, наполняла энергией.

Теперь он ждал. Он послал Рейфа, первого из тех, кто примкнул к нему, самого верного помощника, доставить жертву для вечернего обряда.

О подходящей жертве Майкл позаботился давно. Он заключил сделку с безумным патологоанатомом, которому надоело изо дня в день резать мертвые тела. Ему больше нравилось в своей загородной лаборатории возиться с живыми животными. Его личный зоопарк превосходил коллекцию доктора Моро. Большая часть этих порождений извращенного ума не волновала Майкла: собаки с шестью ногами, кошки с головами, обращенными к спине, даже устрашающая змея с ногами как у ящерицы – все эти чудовища оставили его спокойным. Самым значительным достижением безумного экспериментатора было простое, но элегантное хирургическое творение: козел с двумя головами. Вот это существо Майкл купил, выложив круглую сумму, на случай, если первая церемония окончится провалом. Рейфу давно пора было вернуться, и ожидание с каждой минутой становилось все более непереносимым.

Юные товарищи Майкла с отвращением косились на глубокие морщины, обозначившиеся на его лице. В прошлом году, когда он решил направить свои усилия на изучение черной магии – тогда уже стало ясно, что смерть матери не за горами, – физический возраст обрушился на него всем своим весом. За считаные месяцы его волосы, черные как вороново крыло, поседели, а щеки на юношеском лице ввалились, как у мужчины на дюжину лет старше. Но хотя взаимодействие с могущественными силами старило тело, ум его становился острее, гибче, быстрее. Его мысли, сейчас притупленные бессонницей, но все же более целенаправленные, чем у большинства людей, сосредоточились на сестре, Бри.

Раньше он чувствовал ее рядом. Сильный оргазм с сучкой Стеллой опустошил его, и в тот же самый момент он ощутил прикосновение Бри. Потом девчонка прыгнула в окно, и Майкл испытал прилив испепеляющего гнева. Это все Бри, все время – Бри!.. Все на совести Бри! Это Бри вывела его из себя. Это она – она похитила энергию матери!

Бри. Она не может, не должна пользоваться силой, она не знает и никогда не узнает, как обрести власть, невыразимое, иссушающее душу могущество. Она никогда не сумеет использовать это богатство ни для чего иного, кроме своего мирного, безмятежного целительства, для своих ничтожных трюков.

Бри! Сегодня, когда наступит семнадцатый час, он выцедит все, что у нее есть, все, что она могла или хотела использовать. И сегодня ночью он достигнет успеха!

А теперь нужно приготовить омовение и благовония. Он должен отдохнуть – только не спать, – втерев в кожу специальные душистые масла, чтобы они, впитавшись через поры, восстановили его энергию. Сегодня, после приношения, которое не должно, не может быть отвергнуто его повелителями, он овладеет славой, которая принадлежит ему по праву. Сопутствующая его успеху смерть сестры – ничтожная плата, подумал он, потом улыбнулся. Плата? Едва ли. Эта смерть всегда была желанной для него.