Книга Эльвендор-1, страница 61 – Маргарита Боулес

— Вспыльчивую, — продолжил он перечислять. — И необычайно привлекательную винрайю, от которой захватывает дух, и огонь рвётся наружу в желании подмять под себя упрямую капельку.

— А если я не позволю?

Тут он излишне весело и самоуверенно улыбнулся.

— Уверен, многоуважаемая лирая перечитает текст прошения дважды и вынесет положительный вердикт.

— С чего это ты взял?

— С того…, — он наклонился и прошептал у самых губ. — Что сама желает этого поцелуя не меньше?

Как же он оказался прав! Я подалась к нему навстречу и коснулась нежных губ, провела едва ощутимо язычком, подогревая мужской интерес.

— Уголёчек, согреешь меня?

Он распахнул глаза, смотрел в самое нутро своими чёрными проникновенными потрясающе красивыми глазищами, в которых плясал изумрудный огонь, а мой пульс отбивал бешеный ритм, по венам бежала раскалённая лава, смешиваясь с водной стихией. Я поиграла пальчиками в его волосах, перебрала прядки, которые небрежно свисали на затылке.

— Уверена, что здесь не нужна письменная форма и гербовая печать?

Я облизнула губы, сдерживая хохот.

— Нет.

— И ты не убежишь? — рука властно легла на мою поясницу и скользнула чуть ниже, силой притягивая меня ближе к горячему телу.

— Нет.

— Ты знаешь, что перешла все мыслимые и немыслимые запреты?

— Знаю.

— И хочешь быть со мной?

— Я лишь прошу о поцелуе.

— Ах, вот оно как?! — сделал вид обиженного мученика.

— Уголёчек.

— Да, капелька.

— Кушать хочешь?

Он засмеялся.

— Я уже позаботился об этом, — уклончиво сказал он. — С минуты на минуту Йоханна должна принести тебе лакомства, поэтому я должен покинуть тебя, чудо моё морское.

— А поцелуй?

Он распрямился и хитро добавил.

— А поцелуй тебе предстоит дождаться, капелька моя, и заслужить.

Я надула губы.

— Значит, не простил?

Уголёчек наслаждался моими недовольными вздохами сожаления.

— А это что? — он обогнул меня и увидел на кровати книги, которые принесла Вайя и одну из них с родственниками принцессы. По телу пробежал холодок. Нужно было спрятать книжки, это ж надо так лохануться! Дар точно что-то подозревать начнёт после этого, если уже не начал, но почему-то молчит.

— Решила пересмотреть семейный альбом? — он взял талмуд в руки. — Ох и тяжёлая. А это что? Этика и нравы Лиалондора? — одна его бровь забавно изогнулась.

— Вайя считает, мне нужно изучить их, дабы не опорочить репутацию королевского двора.

— Сегодня утром я не вмешивался и был свидетелем того, как ты вышла из щепетильной ситуации. Ты удивила меня поистине королевской выдержкой, оценил я и колкость языка, — тут уголёчек прожигал меня взглядом, а я краснела, понимая, к чему он клонит. — Тебе не нужны эти книги, — потряс ими в воздухе и бросил на кровать. — Однако всё же стоит научиться пристёгивать эмоции и не впутывать личные чувства к оценке того или иного человека. Королева не должна разбрасываться словами и обвинениями без веских на то причин.

— И кто же будет учить меня сдержанности?

Я подбоченилась.

— Из тебя выйдет хороший учитель, огненный?

— Не думаю, — спокойно ответил он без намёка на улыбку. — Однако…, — тут на его лицо набежал гнев. — Мне следует научить тебя принимать пищу в обществе, что это за облизывание пальцев, губ, закатывание глаз и стоны? Знаешь, как со стороны это выглядит?!

— Как? — невинно моргала и машинально облизнулась, а он проследил это движение взглядом, задержался на моих губах.