Книга Два дня до солнца, страница 101 – Марина Комарова

Я теряюсь, понимая, что ответа нет. Но ведь… черт подери, как всё запутано.

— Корона Юга в каком-то смысле создана силами, которые привели сюда Лепщиков, ― внезапно вступает в разговор Дима.

Он, кстати, листает книгу, слушая нас вполуха. Мне удается наконец-то прочесть название и автора «Теория бесконечных обезьян» Екатерина Звонцова. На краю сознания вспыхивает маячок, что название цепляет и не оставляет равнодушным. Искренне восхищаюсь коллегами по перу, которые умеют такие придумывать. Но тут же возвращаюсь в реальность:

— Лепщики? Это кто?

Дима усмехается и смотрит в упор на Дана. Дан… открыто и вызывающе смотрит на него. Немой диалог, который никто не собирается озвучивать. Я уже готов задать еще какой-нибудь вопрос, но Чех тихо смеется:

— Ну будет вам. Как маленькие, честное слово.

Понятнее не становится, тогда он поясняет:

— Лепщики умеют работать с теми, кого создали. Или тем, что создали. Он меняет форму и суть, беря материал их пространства и времени.

Некоторое время я молчу, пытаясь переварить услышанное.

— То есть… такие могут «слепить» что угодно?

Дима качает головой и снова смотрит в книгу:

— Зависит от силы дара и мастерства Лепщика. Собственно, всё как и у остальных.

— Сколько даров всего? ― быстро спрашиваю я.

Снова смех Чеха. Не знаю, как он это делает, но удивительным образом хочется слышать и слушать. Я мысленно влепляю себе пощечину. Нечего тут вестись на всякое.

— Это никто не может посчитать. В конце концов, мы не в состоянии посчитать даже обычные таланты людей, что говорить о тех, которые не укладываются в привычное понимание мира? Есть те, кто слышит землю и может читать следы. Те, кто шепчется с ветром и знает очень много. Те, кто читает сны по прямоугольным картам с причудливыми узорами и видит суть бытия. Те, кто дышит морем и спускается на такие глубины, до которых никто не добирался. Много, Антон, очень много…

Информация наслаивается, смешивается. Ещё немного, и я вообще не пойму, что и о чем. Поэтому пытаюсь предпринять ещё одну попытку разобраться:

— Так… я сейчас мало что понимаю, но хочу дойти до конца. Где я был до того, как оказаться в этой комнате?

— В Ужгороде, ― спокойно отвечает Чех. ― Тут стоит продолжить историю о Короне Юга, которая проявилась в одесских катакомбах, а её… выкрал Александр Дымкевич.

Я вздрагиваю, тут же леденея, хотя в помещении тепло. Стараюсь гнать подальше ужас погони и… всё остальное.

Дымкевич ― Визуализатор. Этакий помощник и наставник для Создателей, который решил вместо того, чтобы заниматься прямыми обязанностями, забирать силу подопечных себе. Поначалу его не могли вычислить, но всё же со временем стало ясно, что к смерти Егора Штольни, именно так звали Создателя из Одессы, причастен именно он.

— А потом засиял жёлтый камень Короны, ― продолжает Чех. ― И мы поняли, что следующая жертва в Херсоне.

— Подождите… ― выдыхаю я. ― Корону же выкрали.

— Её нашли. Точнее, она сама пришла к одному хорошему Лепщику, отозвавшись на единую нить дара и силы, ― загадочно улыбается Дима и… снова смотрит на Дана.

— Кто знал, что Корона может сама гулять, ― ворчит последний.

— Лепщики – единственные, к кому она могла потянуться, - говорит Чех. – Они могут «ткать» из пространства и времени то, что им нужно. Корона Юга тоже «сотканный» продукт. Просто мы до сих пор не знаем, кем именно.