Книга Луна и драконы, страница 116 – Марина Комарова

— Мы плывём к Цветку памяти, – твёрдо сказала я, глядя в жёлтые глаза. – У нас карта от лотосов с озера. Они благословили нас на это путешествие.

Никакой реакции. Хотя… в янтарной желтизне проскользнула какая-то искорка. Неужто получилось достучаться до их разума? Такое возможно? Или нас просто проверяют?

Змея вдруг раскрыла пасть, алый язык лентой скользнул меж острых зубов. Я даже не дышала. Решила мною закусить? Так не пойдёт, меня даже драконья мать надкусить не смогла. Даже Чу-чу ни разу не оцарапал, хотя имел все шансы!

Пасть закрылась. Снова глаза в глаза.

«Да меня же дразнят, – вдруг поняла я. – Эту чешуйчатая зараза просто веселится и смотрит на реакцию».

Я подняла руку и мягко погрозила указательным пальцем.

— Колонны в воде, – разнёсся шелест голосов на лодках. – Смотрите!

— Какие старые…

— Будто от начала времён…

— Как страшно!

Сердце пропустило радостный удар. Мы близко! Мы уже очень близко! Змеи, наверное, местные хранители, поэтому встречают всех, кто сюда направляется.

Мне хотелось взглянуть на колонны, но шея занемела от напряжения. Да и тело по-прежнему плохо слушалось. Жест перед этим получился очень медленным и неловким.

«Она, наверное, может гипнотизировать, – вспыхнула мысль. – Гипноз. Только сейчас очень слабо, потому что поняла: мы не враги».

Или ещё нет? Весьма сложно что-то сказать, когда на тебя смотрит такое чудовище. Ла-гуа тоже молчал, явно не зная, как действовать в подобной ситуации. Об этом нас никто не предупреждал. Придётся выдумывать на ходу. Но только что? Так и стоять, пока не доберёмся до Цветка памяти? Неплохо бы, но не уверена, что выдержу. Ведь мы не знаем, как далеко ещё плыть.

Я уже открыла было рот, чтобы произнести несколько благодарственных слов, как внезапно змея вмиг обвила меня и подняла над лодкой.

— Ваше величество! – раздался крик ужаса.

— Спасите императрицу!

А в следующий миг змея рванула вперёд, унося меня от лодок. Только вот страха я не чувствовала.

«Так будет быстрее», – вспыхнули у меня в мозгу чужие слова.

Жаль только, что горло у меня перехватило, поэтому не получалось издать ни звука. Только зажмуриться, потому что ветер бил прямо в лицо, будто я неслась на мотоцикле на приличной скорости.

Очень хотелось обернуться, но тело ещё плохо слушалось. Да и в таких кольцах лучше лишний раз не дёргаться. Поэтому оставалось только подчиниться обстоятельствам.

Впрочем, крики, что раздавались за спиной, дали понять, что не одна я мчусь на скорости. Сделав над собой усилие, я повернула голову и поражённо замерла (если уместно так сказать в данной ситуации). Всех моих спутников тоже несли змеи. Кто-то побледнел, кто-то ругался, как заправский торговец, у которого украли товар, остальные молчали.

«Змеетранспорт не так уж плох, – мелькнула где-то на краю сознания уже собственная мысль. – Возможно, нельзя заплывать в это место на чём-то, а змеи – нечто вроде проводников».

Не могу сказать, сколько именно мы неслись на такой скорости, однако в какой-то миг нас всех уронили прямо в воду. Я рефлекторно прикрыла Ла-гуа, не подумав, что он точно не утонет. Жест был каким-то материнским – защитить того, кто меньше и слабее. Ла-гуа от происходящего потерял дар речи, поэтому даже не пискнул.

Впрочем, вода практически всем доходила до талии, поэтому угрозы жизни не представляла. Это было всё, о чём получилось подумать, потому что в следующий момент на пьедестале из жёлтого камня, покрытом письменами, совершенно непохожими на нынешние буквы Исан, появился огромный лотос. Его лепестки сияли солнечным золотом, переливаясь настолько красиво и ярко, что невозможно было спокойно выдохнуть.