Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 134 – Майкл Скофилд

Обычная человеческая проблема.

Никто не крал годы жизни.

Никто не прятал в договоре второй магический слой.

Просто двое взрослых людей подписали плохо сформулированный документ и теперь хотели, чтобы мастер сказал, кто из них разумнее.

Я закончила заключение, объяснила, что прежняя формулировка допускает оба толкования, и предложила переписать приложение вместо бессмысленного суда. Клиенты ушли не особенно довольные друг другом, но уже без желания немедленно разорить бывшего партнера.

Только после этого открыла сообщение Саймона.

«Материалы медицинского управления изучены независимыми специалистами. Имеются сведения, непосредственно относящиеся к последствиям ОП-1-С и вашему медицинскому состоянию. Ознакомление сегодня в четырнадцать часов».

Я прочитала дважды.

Орен Тааль появился в дверях так вовремя, словно следил из коридора.

— Идите, — сказал он.

— У меня еще один клиент в половине второго.

— Я перенес.

— Когда успели?

— Пока вы перечитывали сообщение, которое от второго прочтения не изменилось.

Я убрала бумагу.

— Вы становитесь невыносимо наблюдательным.

— Возраст.

Он уже собирался уйти, но я спросила:

— Орен.

— Что?

— Если они действительно знали о последствиях после шестой или седьмой единицы, это меняет юридическую оценку всей программы?

Он вернулся на шаг.

— Сильно зависит от того, что именно значит «знали».

— Например, знали, что женщины теряют восстановительный ресурс и способность нормально переносить нагрузку.

— Одно дело — медицинская статистика о возможном побочном эффекте. Другое — понимание, что эффект вызван конкретным скрытым модулем. Третье — осознанное сохранение механизма после получения такого знания. Не смешивайте.

— Я уже научилась.

— Не полностью.

— Спасибо за доверие.

Орен посмотрел на меня серьезнее.

— Морен, если в этих бумагах окажется то, чего вы ждете, не торопитесь чувствовать облегчение от того, что наконец получили худший ответ.

Я нахмурилась.

— Почему я должна чувствовать облегчение?

— Потому что неопределенность мучает дольше факта. Даже плохой факт дает человеку направление для злости.

Я не нашла, что ответить.

Орен постучал тростью по полу.

— Вот поэтому сначала идите к следователю. Потом злитесь.

В кабинете Саймона находились Мериса, Айра Сен и еще один лекарь Королевской лечебной коллегии, доктор Фарен Лест. Именно они независимо оценивали старые медицинские отчеты управления.

Перед Саймоном лежала толстая папка.

Не один документ.

Я села.

— Насколько плохо?

— Сначала факты, — ответил он.

— Разумеется.

Мериса передала мне копию перечня.

Материалы охватывали одиннадцать лет работы программы ОП-1-С. Не все годы сохранились одинаково хорошо. Часть отчетов была сводной, часть относилась к конкретным медицинским категориям, а персональные данные других супруг мне не показывали.

Саймон начал:

— Управление внутренней устойчивости получало ежегодные сведения не только о состоянии стратегических драконов, но и о медицинской динамике их супруг.

— Это мы предполагали.

— Теперь подтверждено. После каждого цикла ОП-1-С медицинский отдел направлял в управление краткую оценку переносимости.

Я сразу спросила:

— Женщины знали, зачем их показатели туда передают?

Айра ответила:

— В стандартных формах было согласие на обмен медицинскими данными между домом и Палатой Огненных Союзов в рамках сопровождения брачного союза.