Книга Свора: Твой сосед, страница 134 – Рея Бёрн

— Да… Не останавливайся.

Его рот спускается к ключицам долгим, тягучим поцелуем с лёгким всасыванием, от которого к горлу подкатывает звук. А руки идут на спину, скользя по позвонкам снизу вверх с уверенным нажимом, так что каждый позвонок отзывается отдельной вспышкой тепла. Я прогибаюсь навстречу, прижимаясь бёдрами к его джинсам, и чувствую его, твёрдого, горячего, реагирующего на каждое моё движение. У меня подкашиваются ноги.

— Хочешь, чтобы я снял с тебя джинсы? — Его губы дразнят уголок моего рта. Не целуют. Скользят.

— Да.

Он опускается на колени. Я не могу вздохнуть. Метр девяносто татуированной, смертоносной силы — на коленях передо мной на расстеленном пледе. В его взгляде снизу вверх читается такая жадность и нежность, что у меня перехватывает горло. Его пальцы расстёгивают пуговицу. Звук молнии в ночной тишине звучит оглушительно громко.

— Видишь, — улыбается он одними глазами, — даже просить не пришлось.

Я зарываюсь пальцами в его густые, жёсткие волосы на затылке. Он замирает, прикрыв глаза. Затем медленно стягивает ткань по моим ногам. Его пальцы скользят по бёдрам, по коленям, по икрам, и каждый сантиметр горит. Джинсы падают на песок. Я переступаю через них.

— Какая же ты красивая, — выдыхает он, и его голос ломается на последнем слоге.

Он поднимается, бережно берёт моё лицо в ладони и глубоко целует, одновременно увлекая за собой вниз, на плед. Мы опускаемся на песок. Я лежу на спине, он нависает сверху, опираясь на локти, чтобы не давить весом. Его тело — горячая, тяжёлая тень надо мной.

— Камилла. — Его глаза серьёзные, почти чёрные. — Если станет больно или страшно, скажи «стоп». Ударь меня. Сделай что угодно, только не молчи. Договорились?

— Обещаю, — шепчу я.

Рэм наклоняется и целует меня. В лоб. В кончик носа. В ямку между ключицами. Каждый поцелуй отдельный, осознанный, как метка. Его губы скользят по краю лифчика, дыхание обжигает кожу. Рука находит застёжку на спине. Щелчок, и он стягивает бельё. Воздух касается груди, и я инстинктивно хочу прикрыться рукой, но Рэм перехватывает моё запястье и мягко прижимает к пледу.

— Не прячься от меня.

Его взгляд скользит по мне, и мышца на челюсти дёргается. Глаза темнеют ещё на тон, и он смотрит так, будто ему физически больно от того, насколько я ему нравлюсь.

— Ты невероятная, — хрипит он.

Его губы опускаются на мою грудь. Горячий влажный язык, холодный металл пирсинга, лёгкое покусывание зубами сплетаются в такой узел ощущений, что я выгибаюсь дугой и скулю. Мои пальцы путаются в его волосах, притягивая ближе. Он переходит ко второй груди медленнее, дразня, обводя языком, задевая пирсингом по самому центру, а его ладонь скользит вниз по моему животу, очерчивая впадину пупка, задерживаясь на кромке белья.

Каждое его прикосновение включает мои нервные окончания, как лампочки. Одно за другим.

— Рэм… — выдыхаю я.

— Я здесь.

— Пожалуйста…

— Что? — Его голос низкий, густой, как расплавленный мёд. — Скажи мне.

— Я хочу, чтобы ты… — голос дрожит, срывается на шёпот. — Я хочу тебя там.

Его дыхание на секунду сбивается. Пальцы ныряют под резинку белья. Медленно. Уверенно. Он не торопится, ведёт подушечками по коже, заставляя меня выгибаться навстречу, и только потом касается меня там, где пульсирует жар. Перед глазами вспыхивают белые пятна.