Книга Предел доверия, страница 75 – Лисавета Челищева

Я вспомнила сразу. Москва, салон, сцена, его рука на моём бедре, и мой шёпот: «Я хочу это нарисовать».

— Помню.

Он остановился у двух дверей в конце коридора, и повернулся ко мне, взяв мои руки в свои.

— Сегодня я предоставляю тебе эту привилегию как первой из начинающих художников, завоевавших место в моей галерее. Но прежде чем мы войдём, мне нужно твоё согласие. Подтверди, что ты готова и желаешь стать свидетелем того, что я собираюсь тебе показать.

Я смотрела в его тёмные глаза и понимала, что стою на пороге чего-то, что изменит меня.

— Я согласна.

Он кивнул, отпустил мои руки и открыл обе двери.

— После вас.

Я шагнула внутрь. Комната была выдержана в тёмно-красных, винных тонах. Стены обиты кожей, на них висели цепи, кожаные ремни, плётки, какие-то приспособления. В центре возвышалась огромная кровать с чёрными железными прутьями, застеленная алым и бордовым шёлком. Воздух был ледяным от кондиционера, кожа моментально покрылась мурашками.

Из боковой двери вышла Элиф. Полностью обнажённая, только сетчатые чулки от бедер до пят и сапоги на высоких каблуках. Волосы туго стянуты в хвост, на лице тёмный драматичный макияж. Она двигалась плавно, как натренированная танцовщица, и смотрела на Демира с готовностью.

Я почувствовала его руки на своих плечах и вздрогнула. Захотелось все бросить и бежать отсюда. Сдержалась.

— Сегодня ты будешь рисовать с натуры, — прошептал он мне в ухо. — И всё, что ты увидишь, ты не имеешь права прерывать. Они будут позировать именно ради тебя.

Он усадил меня на диван в углу, с которого открывался идеальный вид на кровать. Я села, чувствуя, как мягкая кожа прогибается подо мной. Захотелось провалиться сквозь неё.

Элиф взяла с кровати пульт и включила музыку — томную, с низкими басами.

Началось, подумала я.

Демир сел на край кровати, откинулся на предплечья, широко расставив ноги, и посмотрел прямо на меня. Только на меня. Элиф опустилась перед ним на колени, её руки легли на его бёдра, пальцы скользнули по ткани брюк, сминая её.

Она наклонилась, и её губы коснулись его паха. Я перестала дышать. Она облизывала его через ткань, медленно, чувственно, с закрытыми глазами. Демир смотрел на меня, и его лицо оставалось спокойным, но в глазах горел огонь.

Я сжала бёдра, чувствуя, как внутри всё откликается на эту картину. Соски затвердели, и я мысленно поблагодарила лифчик за то, что он скрывает это. Но он видел всё — моё дыхание, мои расширенные зрачки, мои пальцы, вцепившиеся в мольберт.

Элиф расстегнула его брюки, и приспустила их. Я увидела его член — твёрдый, уже наготове. Она обхватила его губами, и я тихо вздохнула. Демир услышал, его глаза хищно блеснули в полумраке. Она двигалась ритмично, с влажными звуками, и я представляла себя на её месте. Мои губы, мой рот, мой язык. Он откинул голову, его кадык дернулся, руки сжали простыни. Я не могла больше сидеть на месте, встала и сделала шаг вперёд.

— Карина, сядь и работай, — жестко приказал он, не глядя на меня.

Я подчинилась, опускаясь обратно на диван.

Я поняла. Это была моя пытка. Наказание за то, что хотела разорвать контракт и бросить его. Я сказала, что хочу всё забыть и уехать. Это задело его. Теперь время расплаты.

Демир взял Элиф за волосы, направляя её движения, я смотрела, как она охотно подчиняется. Мои бёдра стали влажными, пульсация сделалась невыносимой. Демир смотрел на меня с торжеством.