Книга Малум, страница 175 – Юлия Макс

— Якуб, у тебя немного времени на раздумья. – Баал склонился над ним и придержал за голову, чтобы обратить на себя внимание. – Решай: или ты умрешь на рассвете, или вот эта дама свернет тебе шею и даст свою кровь, чтобы ты стал таким же, как она.

— Жить на кладбище? – едва слышно спросил Якуб. На его лице выступил пот, а грудь слишком редко вздымалась и опадала. Платок на шее весь пропитался кровью, пачкая куртку. – Нет, спасибо.

— На самом деле, не думаю, что для тебя это будет обязательно. – Барбара протянула руку и сжала его пальцы, этим жестом вызывая в Эве неприятное чувство. – Как вы справедливо заметили, правила и законы сейчас размылись. И если эти гули, как и я, могут выходить, значит, и ты сможешь. Уверена, что тебе не потребуется и дневной сон, потому что я не сплю уже около двух недель. Единственное препятствие для тебя – прямой солнечный свет, в первые годы вредоносный для нашей кожи и глаз.

— Может, я и не умру на рассвете, раз правила уже не работают? – Взгляд Якуба стал яснее.

— Ты это как собрался выяснить, умник? – грубо спросил Баал. – Или ты хочешь, чтобы она, – он показал на Эву, – снова к Роули побежала, уже свою душу отдать за тебя?

Якуб закрыл глаза и закусил губы, пережидая очередной приступ боли. Эва пыталась сморгнуть выступившую влагу на глазах и хотела прикоснуться к нему, чтобы помириться и объяснить, почему так поступила, но сделала ровно наоборот. Она отошла от саркофага, чтобы Якуб ее не видел, и молча глотала слезы, которые уже не могла сдерживать. Эва уже в который раз достала телефон и набрала номер Фауста, но тот, как и примерно сто раз до этого, оставался недоступен.

Баал обернулся, посмотрел на нее, но ничего не сказал.

— Пошли, – позвал он Барбару. – Избавимся от гулей.

Когда Эва осталась наедине с Якубом, она вытерла мокрое лицо и заставила себя подойти ровно настолько, чтобы попасть в поле его зрения.

— Прости, – коротко и отрывисто бросила она.

— Это было условием сделки?

Якуб на секунду прекратил корчиться от боли и поймал ее взгляд.

— Да. И не только. Если бы я не сделала этого, то твой отец тоже бы умер. Он так сказал.

По его лицу она поняла, что Якуб ей поверил, да и как он мог не поверить, если Эва сейчас была абсолютно честна.

— Как я хочу убить Роули, – прошептал он.

— Для начала тебе нужно не умереть сегодня, – слабо улыбнулась Эва. – Соглашайся, будешь таким же странным энсиа, как и я.

На это Якуб лишь протестующе покачал головой, но ответить ничего не успел.

Снаружи пронзительно закричал ворон.

Дверь склепа со скрипом отворилась, и на пороге появилась мужская фигура, от которой уже знакомо потянуло жженым деревом.

— Роули? – испуганно спросила Эва и сделала шаг вперед, оказавшись между ним и лежащим на чьей-то гробнице Якубом.

Желтые глаза Аластера стали почти рыжими, лицо со сжатыми челюстями выражало ярость. Эва непроизвольно попятилась и остановилась, только когда уперлась копчиком в саркофаг. Призрачные фигуры появились по бокам, словно готовились ее защищать.

— Эва, ты что натворила? – низким угрожающим голосом спросил он и сделал один шаг к ней.

— Я сделала, как мы договаривались. Не стала помогать Якубу, – она сглотнула. – Сделка окончена.

— Нет! – Роули повысил голос и взмахнул руками. – Это не то дело, Фер вас дери! Не! То!