Книга Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман, страница 55 – Хелена Хейл

Смеркалось. Мы уже приближались к аллеям коммуны со стороны озера, когда я споткнулась о булыжник. В темноте его было не разглядеть, я запнулась правой ногой, подлетела, и… нет, Аштон не успел меня поймать. Я упала очень неудачно: ногти вошли в землю, точнее, я думала, что это земля, а оказалось – щебенка. И тут же перестала чувствовать пальцы.

— Офелия! – завопил Аштон, помогая мне подняться.

* * *

В травмпункте была небольшая очередь – подозрительно для воскресного вечера. Мне несказанно повезло, что я сломала целых три пальца на левой руке, а не на правой. Аштон всю дорогу надо мной смеялся, а я то пихала его локтем в бок, то била стопой по голени. Он подбросил меня до больницы и решительно заявил, что останется со мной.

Сидя в очереди, я всерьез задумалась о новой татуировке: четырехлистный клевер или подкова – на удачу. Врач направил меня на рентген, после чего изучил снимок и наложил гипс, велев через две недели явиться на осмотр.

— Я думал, ты себе еще и нос сломаешь, – признался Аштон, тщетно пытаясь не улыбаться, когда мы вышли из кабинета.

— Я тоже так думала. Когда-нибудь это произойдет. Но, как мы уже выяснили на матче, нос у меня крепкий, – со смехом парировала я.

— Часто летаешь?

— Редко хожу.

— Спасибо тебе за этот чудесный день. И прости, что он закончился так… – Аштон сжал шею ладонями, подбирая слово.

— Болезненно? – предложила я, посмеиваясь. – Это я прошу прощения за хлопоты. Масштабы моего невезения соизмеримы со Вселенной.

Мы решили пройтись пешком до коммун, а машину Аштон оставил у стадиона, так как ему через пару часов нужно было на тренировку. У сестринства я обернулась к нему и улыбнулась, поджав губы. День и правда выдался чудесным. Аштон медленно и аккуратно склонил ко мне голову, я немного привстала на носочках, чтобы подставить ему щеку, раз ему так хочется меня чмокнуть под конец встречи, и тут он неожиданно взял мое лицо в руки, осторожно развернув к себе, и почти что коснулся моих губ, но я молниеносно уклонилась, собираясь растолковать Аштону, что ни о каких поцелуях и речи быть не может.

— Офелия! – Мы с Аштоном вздрогнули от громогласного окрика и одновременно обернулись в сторону его источника.

Реймонд, весь потный, со спортивной сумкой в руках, шел в нашу сторону. Разделявшее нас расстояние он преодолел в считаные секунды. Бесцеремонно отодвинул от меня Аштона и обратился ко мне:

— Офелия, я видел твою комнату! Нам надо это обсудить. – Я закатила глаза. Только не очередная сцена. – Погоди-ка, что это с твоей рукой?!

— Перелом, – ответила я и помахала гипсом.

Сумка выпала из рук Беннета. Реймонд перевел взгляд с гипса на Аштона, в его глазах сверкнули предупреждающие молнии – «Высокое напряжение!», – казалось, он готов броситься на Холла, но тут я дернула его за руку и пояснила:

— Я, как обычно, упала. Но Аштон великодушно свозил меня в травмпункт.

— Какой благородный, – процедил сквозь зубы Беннет, стоя вплотную к Аштону. Еще чуть-чуть, и их носы соприкоснутся. Аштона, похоже, забавляли вспышки Реймонда. Он по-доброму улыбнулся ему.

— Реймонд, что тебе нужно? – спросил Аштон.

— Мне нужна Офелия, – без раздумий ответил Беннет, затем цокнул языком и уточнил: – Вернее, поговорить с Офелией.

— Так подожди, пока мы попрощаемся, – уже резче сказал Аштон и повернулся ко мне. – Дурацкое вышло свидание, Офелия, но обещаю все исправить в следующий раз.