Книга На грани измены, страница 40 – Анастасия Ридд

Я не могу так больше – сходить с ума от подозрений. Кому и зачем все это нужно? Ларисе? Или есть еще кто-то?

Я смахиваю по экрану своего гаджета и проваливаюсь в телефонную книгу. Выбираю нужный контакт и совершаю звонок. Девушка в трубке сообщает мне, что абонент недоступен.

— Алла Константиновна, вы можете остановить машину? – взволнованным голосом произношу я. – Мне нужно немного подышать воздухом.

— Конечно. – Она останавливается у обочины, и я моментально оказываюсь на улице.

Черт! Я должна убедиться в том, что Миша находится на работе. Но, с другой стороны, что мне это даст? Моя жизнь самый настоящий театр абсурда, который я сама же и вытворяю.

Набираю рабочий номер мужа, предполагая, что мне никто не ответит. Минуту слушаю длинные гудки и уже собираюсь отключиться, как вдруг на том конце провода раздается до боли знакомый голос:

— Адвокатская контора, чем я могу вам помочь?

Это Лариса. Какой же слащавый и до невозможности приторный у нее голос. Как можно было не замечать этого раньше? Смущает другое – она находится на работе. А вот где мой муж – большая загадка.

— Вас не слышно. Говорите.

Но я ничего не говорю. Молча сбрасываю вызов и возвращаюсь в машину.

Алла Константиновна подвозит меня и маму к нужному дому, но идти с нами отказывается, ссылаясь на уйму домашних дел. Распрощавшись с мамой Миши, мы наконец выходим из автомобиля, а мой гаджет снова пиликает входящим сообщением. Но на этот раз номер мне знаком. Я была уверена, что Юрию Константиновичу потребуется больше времени.

Инга, добрый день. Задача закрыта. Все чисто.

От его ответа мне должно было стать легче, но этого не произошло.

— Юрий Константинович, здравствуйте! Извините, что отвлекаю вас. – Я все же решаю позвонить начальнику IT-отдела.

— Все в порядке, Инга, – отвечает он.

— Не могу не спросить. В самом конце видео нарочно обрезано? – спрашиваю тихо. – Или это никак не определить?

— Думаю, нет, не так. Я почти уверен, что дело в самом устройстве, – серьезно произносит он и уточняет: – в камере.

— Я поняла, благодарю вас.

— Обращайся.

Я вставляю ключ в замочную скважину и проворачиваю его дважды. Открываю дверь с цифрой восемьдесят семь и, пропустив маму вперед, вхожу следом.

— Дочка, – восхищенно произносит она. – Как же здесь свежо и уютно! По сравнению-то с той квартирой, где мы жили.

— Новый дом, свежий ремонт, – улыбаюсь я, бросая ключи на комод и стягивая с себя обувь.

— Здесь так чисто, дочка! – Мама проводит пальцем по комоду, на нем не остается пыли.

— Сразу после оформления документов Миша договорился с клининговой службой, – говорю я.

— Очень предусмотрительно. Я могла бы сама все помыть. Стоило ли деньги тратить, – сокрушается она.

— Мам, перестань, ладно? – раздраженно бросаю я, но тут же жалею об этом. – Извини, я не хотела. В последнее время сама не своя стала.

— Все хорошо. Не переживай. Значит, сегодня я могу остаться ночевать здесь?

— Конечно, – быстро отвечаю. – Только нужно купить кое-что по мелочи. Здесь неподалеку есть большой супермаркет, там можно взять все необходимое.

— Хорошо. Инга, спасибо вам с Мишей большое! – Мама берет меня за руки, и ее глаза вмиг наполняются слезами.

Притянув маму к себе, крепко обнимаю ее, думая только об одном – не случись с родителями такая безвыходная ситуация, я бы ушла от Миши, выдержала бы паузу. Не так должна начинаться семейная жизнь двух любящих людей. Наверное, и в беременности дело. Из-за нее я до сих пор не принимаю никаких судьбоносных решений, терпеливо выжидая изменений в наших отношениях.