Книга Аватара гоблина или играющая семья в другом мире, страница 47 – Хаинц

Он старейшина-минотавр, с губернатором на короткой ноге, но в нелояльности не замечен…

С губернатором на короткой ноге, а вот Вайн о нем отзывался не очень… То есть с минотавровым Советом Старейшин он не в ладах. И мог меня превентивно убрать меня, как креатуру Вайна. Решив, что я в самом деле креатура Вайна и его папочки. Как рабочая гипотеза сойдет. Эх-х-х, как-то там мои… Как же не хватает гильдейского чата или хоть какого-то средства нормальной коммуникации…

Ну да, за неимением лучших вариантов — идем по течению.

Ах да, ведь я наткнулся на подземную реку. Пить из нее я не рискнул, а воду наколдовывал с помощью заклинаний. Но если река течет, значит, где-то должен быть выход. Правда, по моим прикидкам, этот выход, вероятно, ведет на противоположную сторону гор. А еще в речке водилась рыба, которую, как выяснилось, можно было оглушать магией. Ледяными стрелами я промахивался – попробуй здесь учесть преломление воды в тусклом свете огонька да еще и стреляя по памяти. Поэтому либо свет, либо магия. Сделать факелы было не из чего. Зато арканными чарами можно было ударить по площади, не целясь.

Огонь есть, вода есть, рыба есть. Правда, лука нет, картошки тоже, есть только безвкусные магические лепешки, но и то хлеб. Кажется, я начал догадываться, как их изобрели. Чистить рыбу в скудном свете, исходящем от воткнутой в землю волшебной палочки, было непростой задачей, но я справился.

Так в таком режиме прошло невесть сколько дней и ночей – часов у меня не было, ни карманных, ни наручных. Кстати, а существуют ли они здесь вообще? Штриховой спуск, механизм, позволивший создать наручные часы, изобрел часовщик, драматург и королевский шпион Бомарше. Я знал об этом в общих чертах. "Женитьба Фигаро" – одна из моих любимых пьес, и факт, что Бомарше был часовщиком, достаточно сильно удивил меня когда-то, чтобы я запомнил эту идею. Может, дворфам ее продать позже?..

Как бы то ни было, прошло уже пару десятков ночевок во тьме, и туннель, шедший вдоль подземной реки, становился все круче и уже. Последние несколько дней приходилось брести прямо по воде, а для ночлега искать выступы повыше. Эдрик с Рури на таких точно бы не разместились, но для меня, папы-гоблина, места хватало.

В любом случае туннель становился все уже и уже, а это означало, что конец уже близок. Либо конец этой подземной речки, либо мой.

В какой-то момент ходьба по пояс в воде превратилась в ходьбу по плечи в воде, а затем в отчаянное плавание, сопровождаемое относительно успешными попытками урвать глоток драгоценного воздуха. Глубина продолжала нарастать, и вскоре я полностью погрузился в темную, бурлящую воду. Увы, что-то типа «дыхания под водой» или друидской способности перекидываться в тюленя у меня не было, и я ощущал, как легкие начинают гореть от недостатка кислорода.

В какой-то момент, после очередной тщетной попытки вдохнуть воздуха, я нырнул, подчиняясь неумолимому течению, которое понесло меня по довольно узкому коридору. Стены сжимались вокруг, грозя раздавить, но внезапно туннель расширился, и я оказался в обширном водном пространстве, видимо, том самом подземном озере, о котором говорили легенды. Вот только был слышен какой-то странный шум, эхом отдающийся от невидимых сводов, и воздух здесь был немного другим, словно наэлектризованным и тяжелым.