Книга Взять измором или наказать сказочника, страница 54 – Ядвига Благосклонная

— Кхм-кхм, — послышался скрипучий хрип позади. — Ты б постыдилась, Варька, так мужикам на шею вешаться!

Меня только что как нашкодившего котенка ткнула лицом, а Морозов, злыдень, только рассмеялся.

— На, держи, — протянула тарелку с пирожками.

Недоверчиво покосилась и покачала головой.

— Без яду! — шикнула. — Бери, кому говорят! Заслужил твой хлопец.

Как только тарелка оказалось в моих руках, дверь вновь захлопнулась, а мы остались наедине.

— Забавная у тебя соседка, — прокомментировал Илья эту каргу.

— Ага, — брякнула.

Когда я делала нам чай время подходило к полуночи. Улица давно опустела и лишь слабый ветерок пробивался в окно, нарушая тишину.

Он внимательно следил за моими движениями. Вот я поставила чайник, достала чашки, сахар и поставила ароматные пирожки на стол. Было что-то пугающее и уютное в нашем молчании. Мне бы в жизни побольше таких вечеров с мужчиной на кухне. В моем доме это большая редкость, и сегодняшней лунной ночью я хотела насладиться этим сполна.

Украдкой бросала взгляды на Морозова, а тот не отрываясь следил за моими нервными движениями. Если узнать этого парня получше, то можно прийти к выводу, что он не особо разговорчив. Шутки-прибаутки, комплименты, флирт, но если подобное не уместно, то Илья томил молчанием.

— Хороший день, — вдруг подал парень голос, как только я уселась напротив.

Было ли сказанное мне или мысли вслух, мне было неизвестно. Но это не помешало мне согласно кивнуть головой и смущенно улыбнуться.

— Мне стоит тебя поблагодарить.

Дерзко приподняв свою бровь, Морозов откинулся на стуле, тем самым расставив свои ноги.

— И как же ты собираешься это сделать? — голос нахальный, а ухмылка говорила о мыслях весьма неприличного содержания.

Неуверенно пожала плечами, уже успев пожалеть о своих словах.

Пошляк! Будто я не знала, на какую благодарность мерзавец рассчитывал!

— Шучу, — сухо бросил и откусил пирожок. — Впрочем, — осмотрел меня с ног до головы, — может, и нет.

Зарделась. Кусок встал в горле, а пальчики на ногах поджались. Но отнюдь не от страха, а от… От предвкушения?

Да, кажется, это было оно. И пусть завтра, Морозов, я буду тебя проклинать, а себя корить за глупую опрометчивость, но нынче… Но нынче ночь темна и сокровенна. И в этом тихом откровении двоих людей было нечто волшебное. И я сделала это. Сделала то, что буду вспоминать впоследствии неприлично часто. Момент, который в моей памяти отложиться, как снятые с оков чувства, что по обыкновению я держала на цепях.

Миг, и я подалась вперед. Рука плавным движением легла на сильное мужественное плечо Ильи, который отчего-то напрягся. Наши лица настолько близко, что мне видна каждая его ресничка, а глаза, в которых немое удивление и жажда, вдруг закрылись, тем самым предоставляя мне свободу действий.

Это наш не первый поцелуй. А мой и подавно, однако впервые я такая смелая, безрассудная, жадная. Губы нашли друг друга на полпути, словно только и шли к этому весь вечер.

Легкие укусы... Его ли? Мои ли? Шепот в губы, слабый стон, — все смешалось воедино.

Рука парня зарылась в мои волосы и рывком он усадил меня к себе на колени. Глубоко, отчаянно, нежно и грубо наши языки переплетались, и впервые я без стеснения проделывала то, о чем прежде лишь мечтала. Роковая и бесстыдная, абсолютно противоположность себе. Незнакомка самой себе.