Книга Услуги по-соседски, страница 103 – Ядвига Благосклонная

Мне Амурского хватает, который, начитавшись всяких дурацких книжек для родителей, бегает за мной с поясом для беременных, от которого у меня потеет и чешется спина. Наша квартира заставлена всяким ненужным барахлом, вроде календаря, который никто не отмечает, тренажёров и еще черт знает чего. Это еще хорошо, что мы наши две квартиры соединили и сделали одну двухэтажную, в противном случае, жили бы в коробках. У меня была всего восемнадцатая неделя, когда Амурский начал делать ремонт в детской комнате. Точнее, переделывать комнату для гостей в детскую.

— Мальчик будет, — со знающим видом изрекает тетя Тамара. — На форму живота посмотрите!

— А я говорю — девочка! — не соглашается Маша.

Сегодня вся семья собралась на, так называемое, гендер-пати.

Зачем мы решили устроить эту вечеринку? Я не успела соскучиться по своим родственникам.

Неожиданно меня сзади обнимают за живот, а затем шепчут на ухо:

— Тук-тук, малыш, папа рядом.

— Папа оставил нас на растерзание этим гиенам, — тихо отзываюсь, чтоб никто кроме Амурского не услышал.

— Прости, любимая, мы с Пал Палычем и отцом болтали.

— Опять о рыбалке? — усмехаюсь, отпиваю смузи и морщусь. — Гадость редкостная. Забери это от меня, — протягиваю ему стакан.

— Да, они с отцом опять поедут на следующие выходные. Это полезно, Ася, — взглянув на мою хмурую мину, Сева все же забирает стакан.

К слову, наши родители подружились. Особенно, отцы. У них очень схожие представления о «рыбалке». Собственно, на том и сошлись.

Вечеринка проходит спокойно. Если, конечно, не упоминать заляпанную Кристину тем самым смузи из сельдерея. Что сказать, Ипполит растет и размах его «шалостей» тоже. Альбина с мужем сегодня отдыхают, поскольку их сыном — Ваней, занята наша мать. И слава богу, ведь у неё практически не остается времени на меня.

Когда наступает время лопать шарик, мы с Севой становимся у фотозоны, вокруг нас собирается куча гостей. Родители, родственники, друзья — все в сборе.

— Ну, что готов? — волнуясь, спрашиваю у Севы.

— Само собой, колобочек, — подмигивает мне.

С тех пор, как мой живот округлился он меня часто так называет, чем изрядно бесит.

— На счёт три, — командую я.

— Раз…

— Два…

— Три!

Одновременно с двух сторон мы протыкаем шар иголками. Он с громким хлопком лопается, от чего разлетаются розовые конфетти.

— Поздравляю тебя с девочкой, папаша, — обнимая Севу, радостно смеюсь.

— Все, как я говорил, — у Амурского прям был бзик на девочку. У него, видите ли, предчувствие. — И тебя, колобочек. В следующий раз пойдём за мальчиком, — уверенно заявляет, а затем целует меня в губы.