Книга Школьный вальс, страница 33 – Ядвига Благосклонная

— А теперь, девочки, пожалуйста, напишите свои имена на листочках и бросьте в банку. Сегодня вы должны определиться с парами на вальс. Со следующей недели у вас начнутся репетиции. Родители вам нашли преподавателя.

Девчонки с радостными визгами принимаются вырывать листы из тетрадей, попутно обсуждая кого бы хотели себе в пару, а вот парни выглядят так будто им вынесли приговор. Бедняги! Надо же, вальс их заставляют танцевать!

Хмыкнув, тоже вырываю из тетради лист, затем рву ещё напополам и пишу своё имя и фамилию. Складываю, после чего кидаю в банку, которая стоит прямо передо мной.

Когда последний лист падает в банку, Светлана Леонтьевна ее хватает и с энтузиазмом, которого я, к слову, не чувствую спрашивает:

— Готовы?

Не дожидаясь ответа, она хорошенько трясёт банку, перемешивая листочки. Ставит на парту и, указывая на банку рукой, отрезает:

— Первый пошёл! Щербаков!

Ребята по очереди вытаскивают листы, и я, признаться, с замиранием сердца жду, когда прозвучит моя фамилия. Вот только уже восьмой одноклассник подходит к банке, а я по-прежнему остаюсь «не выбранной». Со скорбной миной обвожу оставшихся «претендентов» на вальс, и к своему ужасу обнаруживаю «святую» троицу, придурка Смирнова и двоих нормальных парней — Миронова и Резникова. Они хоть и состоят в баскетбольной команде, но вполне приятные парни. Знаю, что у Резникова есть девушка. И не просто какая-то там девушка. Мы говорим о серьезных отношениях, в которых ребята состоят полтора года.

Господи, прошу, пусть мне выпадет Резников! Я на грани того, чтобы сложить руки в умоляющем жесте и начать читать молитву.

— Долматов! — громко произносит Светлана Леонтьевна.

Айдар медленно встает и вразвалочку подходит к столу, точно делая одолжение всем присутствующим. Просовывает руку в банку и нарочно долго копается, пока девчонки на задних партах, кажется, перестают дышать. Среди них, кстати, Королева.

Схватив листок, Долматов его достает, разворачивает и читает:

— Королева!

Мне кажется, я слышу победный писк, но не могу быть уверена. Каролина быстро берет себя в руки и улыбается, как будто все было так и задумано.

— Это точно судьба, — мечтательно вздыхает Воронина, на что я фыркаю.

Ладно, минус один недоумок. По крайне мере, с Долматовым мне танцевать точно не придётся. Спасибо тебе, господи! Видимо, мои молитвы услышаны!

— Герасимов! — вызывает следующего Светлана Леонтьевна, отчего я напрягаюсь, превращаясь в один сплошной комок нервов.

Арсен лениво подходит к столу и просовывает руку в банку. Я цепко слежу за каждым его движением, молясь только об одном: «Только бы не я!».

Он, как и его друг, любит из всего устраивать шоу. Хватает то одну бумажку, а затем отпускает, то другую. Так он играет минуту, пока терпение классной не заканчивается и она не рявкает:

— Герасимов, ты тут не один! Там осталось пять бумажек. Хватит выбирать!

— Может, я делаю выбор всей своей жизни, Светлана Леонтьевна, а вы меня торопите, — дерзко бросает он.

Наконец-то, Арсен достает бумажку, медленно ее разворачивает и довольно лыбится. Я слышу, как громко стучит мое сердце, когда он поворачивает надпись к классу и произносит:

— Уткина!

Да вы, блин, издеваетесь надо мной!

Герасимов устремляет коварные глаза на меня и на его лице медленно расплывается зловещая ухмылка.