Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 30 – Ирина Кизимова

— Пойдём-пойдём, Власенька, иначе Глебушка осерчает. — поторопил её кот, уже ожидая у двери.

— Будь осторожнее, Иван. — попросила она и вышла следом за пушистым провожатым, направившись к себе.

Лекарей долго ждать не пришлось: они буквально ввалились в горницу, наперебой начав рассматривать Ивана и выспрашивать, что случилось. Глеб прошёл следом и остановился чуть поодаль, с интересом наблюдая за разворачивающимся на его глазах зрелищем.

— Как же вы так умудрились, царь-батюшка? Давеча как огурчик были! — запричитал главный лекарь, рассматривая кожу, покрытую волдырями на его запястье.

Иван нарочно громко высморкался и прокашлялся, сипло ответив:

— Сам не ведаю, врасплох хворь меня застала.

— Нужно будет вам отвара из солодки сварить, кашель у вас нехороший. — лекарь пощупал лоб. — И жар. Надобно заварить малины с ромашкой.

Младшие лекари закивали, внимая его словам.

— Будет сделано! — пообещали они.

— Сменного лекаря к вам должно будет приставить!

Иван перевёл многозначительный взгляд на Глеба, который уже был тут как тут и незаметно сыпанул порошка на руку мужчины, пока тот был занят разговором.

— Я бы на вашем месте так царя-батюшку не лапал. — заметил он, привлекая к себе внимание остальных.

— О чём это вы, ваша милость? — поднял на него удивлённый взгляд главный лекарь.

Глеб сделал страшное лицо и наклонился к его уху, прошептав:

— Хворь-то похоже заразная, вон на руки свои взгляните.

Тот опустил взгляд на собственные руки и мелко задрожал, разглядывая те самые пунцовые пузыри.

— Царь-батюшка! Мы приготовим все необходимые снадобья, к вам будем подходить…

— Не нужно. — прервал его Глеб. — Я в лекарских делах сведущ и сам буду за царём-батюшкой приглядывать.

— Но как же…

— Оставлять всё на лавке у двери будете.

— Митрофан, не гоже заразу по царскому терему распространять. До двери я дойду, будьте спокойны, а за остальным Глеб приглядит. Только не подходите к кровати, я много спать собираюсь.

— Как прикажете, царь-батюшка, но ежели нужно будет чего, зовите. — он оставил у постели колокольчик. — Стоит вам только позвонить, как кто-нибудь из служек мигом примчится.

— А сейчас идите, мне нужно отдохнуть. — попросил лекарей Иван, а те рады были смыться, и заодно запереть и главного, чтобы никто в тереме больше заразу неизвестную не подхватил.

Глеб проводил их безразличным взглядом и наклонился к другу, осторожно подув прямо в его лицо. Иван от неожиданности зажмурился, ощущая приятное тепло, окутавшее его словно кокон. Оно мягко согревало изнутри, избавляя от жуткого першения в горле, жара, ужасных пунцовых волдырей и надоедливых соплей. Юноша, наконец, вдохнул полной грудью и открыл глаза, встретившись взглядом с Глебом, который уже прекратил дуть и выпрямился. Иван осмотрел себя на предмет оставшейся липовой заразы, но ничего не обнаружил.

— Благодарствую, Глеб. Хоть хворь и не настоящая, но приятного в ней было мало.

— Я передам твоим братьям, что ты складываешь правление на их плечи, покуда не поправишься, хоть это мне и не по нраву.

— Буду признателен. Не хотелось бы ещё перед ними прокажённого изображать.

— Собирайся пока, переодевайся в неброскую одежду, а я улажу дела в тереме.

Он направился было к двери, но Иван внезапно позвал его.

— Глеб.