Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 29 – Ирина Кизимова

— Точно… Сколько я проспал?

— Время к ужину близится. Ты не захворал, Глебушка? Может, к Яге? — насторожился кот, глядя на синяки под глазами чародея.

Но тот только отмахнулся:

— Ничего особенного, просто спать нормально не могу.

— Так давай с избушкой свяжемся? Тебе мигом отвар сонный доставят!

— Я и сам его сварить могу, здесь ума много не надо.

— Да только у тебя времени на это нет.

— Само пройдёт как-нибудь.

Глеб поднялся с кровати, приводя себя в более-менее человеческий вид, заделывая растрепавшиеся со сна волосы в привычный высокий хвост.

— Глеб. — уже серьёзно сказал Баюн. — Ты ведь слышал, что Яга говорила? Ты был на границе Нави, вдруг твои сны — это последствия.

— Сон — это всего лишь сон, Баюн, он ничего не значит.

— Ты лучше меня знаешь, что сны порой вещь опасная.

— Если бы произошло что-то серьёзное, я бы тебе сказал.

— Брешешь! — тяжело вздохнул кот. — Ты никогда ничего не говоришь! Я думал, что хоть с Ваней будешь вести себя более открыто, но видно я ошибался.

— Кстати, об Иване. Уже поздно, нужно идти. — ловко увильнул от разговора Глеб и направился в знакомые покои, где уже сидела довольная Власелина.

— Вижу, ты к нему как банный лист прилипла, всё никак не отвалишься? — бросил ей чародей вместо приветствия.

Влася закатила глаза:

— А я всё никак в толк не возьму, как Ивана угораздило связаться с такой язвой?

— Прекратите вы оба! Ведёте себя как дети малые. — обратил на себя внимание Иван. — Нам нужно поторопиться с моей хворью. Ты уже придумал, что будешь делать, Глеб?

— Да, дай мне пару минут. — ответил тот, зашуршав мешочками.

Он подошёл к другу и чем-то дунул ему прямо в лицо, от чего у Ивана тут же заслезились глаза. Он зачихал, высмаркиваясь в заботливо предоставленный Власей платок, пытаясь сдержать непрестанно льющиеся из носа сопли. Глеб же внимательно оглядел его и дунул ещё раз, но уже на шею, грудь и руки, где тотчас же начали откуда ни возьмись появляться большие пунцовые пузыри, которые ко всему прочему премерзко воняли и чесались.

— Теперь можно и лекарей звать. — довольно отметил Глеб.

— А ты не перестарался? — обеспокоенно спросила Влася, которой жаль было видеть Ивана в столь плачевном состоянии, она хоть и насмотрелась на утопленников под водой и к мерзкому зрелищу была привычна, но вид пузырей всё же вызывал у неё сильное беспокойство вкупе с понятным здоровому человеку отвращением.

— Не. В самый раз. — ответил за него Баюн. — Ежели он бы слабый наговор сделал, то кто бы тогда повёлся?

— Ощущение, будто сейчас лёгкие наружу выйдут. — сипло произнёс Иван и зашёлся в приступе кашля.

— Ты его так в могилу сведёшь. — нахмурилась русалка.

— Пару часов помучается и будет как огурчик. — отмахнулся от неё Глеб и скрылся за дверью.

— Всё в порядке, Влася. — заверил её Иван, который наконец смог совладать с кашлем и сейчас вытирал текущие рекой сопли. — Я же сам попросил его это сделать.

— И всё же он мог обойтись с тобой понежнее.

— Понежнее — это не про Глеба. — усмехнулся Иван и поднялся с лавки. — Лучше мне лечь в постель и изображать умирающего, а тебе уйти, Влася, пока лекари не пришли. Баюн, будь добр проводи её. — он снова закашлялся, хворь, воспроизведённая Глебом, действительно выглядела чересчур уж правдоподобно.