Книга Будущая королева, страница 48 – Мария Киселева

Весь день посвящен домашнему заданию, а затем замерам стилистов. Они недовольны лишними сантиметрами в талии, виной всему вчерашнее переедание. Это уничтожает.

На следующий день мне нужно переодеваться в подготовленный «повседневный» образ. Короткая юбка под крокодилью кожу, сапоги-казаки из того же материала и топ. Поверх — стильная кожаная рубашка с небольшим логотипом Быков. Не знаю, кем это было придумано, но выглядит, словно кричу: «мальчики, мне уже восемнадцать, можете попытаться, но очень вряд ли».

Только слышу, как открывают паркинг, когда на телефон приходит сообщение от детектива. Я возвращаюсь в комнату и открываю iPad. Обычно я получала столько информации, что она помещалась в короткий телефонный звонок, но не сейчас. Сажусь на край кровати.

Первым, что вижу — фотография женщины с фарфоровой кожей, высокими скулами и золотистыми волосами. Миранда Флай. Мисс, от которой у меня оттенок кожи чуть бледнее, чем у папы, блестящие волосы и лицо, не нуждающееся в пластике. И вопреки этому Флай не суррогатная мать.

Есть ее фото с молодым отцом в ресторанах, смех, общение с семьей Лили и Кейт. Папа легко мог бы показать мне эти снимки, но почему-то всегда избегал разговоров, был против ее поисков. Я начала их, когда стала уверена, что никто не следит за моими тратами из трастового фонда. Вот только европейские операции со счетов папы не скрыты. Он снял тьму наличных в разных валютах. Точное число неизвестно, но не менее двадцати миллионов франков.

Сейчас Миранда живет на Кубе с тремя детьми и выплатами после двух разводов. Почему она там, а не купается в роскоши семьи МакГрат?

Я замираю, когда долистваю до медкарты женщины, родившей в дату моего для рождения на Ирландском острове Мэн. До этого она записывалась на аборт в Нью-Йорке, а затем Лондоне… почему там и почему… так.

В дверь стучат, но я даже не реагирую от внезапности.

— Квин. — это Лили.

— За-заходи. — заикаюсь.

В раннем детстве я мечтала, чтобы Лили была моей матерью. И сейчас она медленно закрывает за собой дверь, когда замечает фотографию моей биологической родительницы на экране.

— Она была любовницей папы? — спрашиваю, сдерживая слезы.

Лили кивает, подходит и садится на кровать.

— Да, они встречались не так долго, когда стало известно, что Миранда ждет ребенка.

Она с трудом переводит взгляд с экрана на меня. Кажется, будто красивая женщина мексиканской внешности взволнована не меньше.

— Она не хотела этого, верно? — догадываюсь — Папа купил меня.

Лили берет меня за руку.

— Сколько? — слезы не позволяют мне сохранять твердость, но знаю, что выгляжу невозмутимо — Сколько я стою?

— Квин, Коул любит тебя, он хотел тебя больше всего на свете.

— Ты знаешь цифру?

— Сто.

Лили зажмуривается, когда с ее губ слетают слова.

— Сто миллионов.

Она произносит это уверенно, абсолютно точно помня.

— Я стою как дом Джорджа Клуни — истерично смеюсь, вырываю руку из ее и встаю — или… как одна двадцатая выручки филиала банка МакГрат. Меня купили! У меня всегда была цена!

— Это идиотские цифры. Коул отдал бы всё за тебя, если бы твоя биологическая мать не была такой глупой. Она не хотела оставаться с твоим папой, да и мистер МакГрат Старший не позволил. Но все приняли тебя.

— Биологическая мать? Такое разделение существует, когда есть настоящая! Господи, прости… мне нужно собираться.