Книга Ты проиграешь, дорогая, страница 16 – Анетта Молли

— Знаю.

Влад касается моего лица, убирает прядь волос за ухо. Облизываю губы, борясь с желанием поцеловать его.

— Ну почему ты женат?.. — вырывается страдальческим голосом.

Влад вяло улыбается и переплетает наши пальцы. По венам проходит ток. Касаться друг друга ещё не измена. Все в порядке. Я контролирую ситуацию.

— Мы встречались около года, потом Поля случайно забеременела, и мы поженились.

Знаю я, как она «случайно» забеременела.

— Сколько вашему ребёнку?

— Дочка, четыре года, — с теплотой произносит.

Влад любит дочь. И жену тоже…

Я не буду спрашивать.

— Любишь жену? — мартини решает иначе.

Влад долго не отвечает. Его большой палец гладит мою ладонь. От этого малейшего движения я уже изнываю от желания.

Надо тормозить.

— Да, люблю. Она близкий для меня человек.

Когда мое отчаяние достигает пика, он продолжает:

— Но я не влюблен. И это вряд ли изменится. Такие эмоции обычно уходят навсегда.

— Но невозможно всегда быть влюбленным. Отношения сложная работа.

— Именно поэтому ты свободна?

— Да, отлыниваю от работы, — хмыкаю.

Влад смеётся.

— Между людьми должна сохраняться базовая влюбленность, которая то загорается, то слегка гаснет. Тогда все будет хорошо.

— Она была между тобой и Полиной?

— Никогда.

— Зачем же тогда ты женился?

— В тот момент рассуждал иначе, к тому же у нас должен был появиться ребёнок.

Только молчи. Не спрашивай, собирается ли он уходить от жены.

Это не мое дело!

К счастью, мне удается себя перебороть и не спросить.

— Ясно.… — вяло произношу.

— Я всегда мечтал, чтобы женщина рядом чувствовала меня. Мои желания, даже тайные. Считывала. Понимаешь?

— Понимаю, — произношу одними губами.

Влад наклоняется ко мне ближе.

Его дыхание обжигает мои губы, пахнет дорогим виски. Я замираю, чувствуя, как его пальцы медленно скользят по моей шее к затылку.

— Ты действительно считываешь меня, — шепчет он, и его слова растворяются в пространстве между нами.

Я не успеваю ответить. Его губы накрывают мои — твердые, влажные, настойчивые. Рука сжимает мои волосы у корней, притягивая ближе.

Я тону.

В этом поцелуе нет нежности.

Только голод.

Голод мужчины, который слишком долго себя сдерживал.

— Мы не должны... — пытаюсь выдохнуть, когда он переходит к моей шее.

— Знаю, — он кусает меня за мочку уха, от чего по спине бегут мурашки.

— Но уже поздно.

Его ладонь скользит под платье, обжигая бедро. Где-то вдали звонит чей-то телефон. Смеются гости. Жизнь идёт своим чередом.

А мы....

Мы падаем.

Без страховки.

Без мыслей о завтрашнем дне.

Когда он наконец отрывается, его глаза темные, как штормовая ночь.

Жена

— Мамуля, ты не против взять Марусю на сегодня? — я поправляю дочке бантик, пока она возится в бабушкином шкафу с игрушками.

Мы заехали в гости сразу после зоопарка.

Мама кивает, но в глазах упрек.

— Опять у вас с Владом кризис? — в ее голосе знакомая издевка.

— Что значит «опять»? У нас все прекрасно…

— Ой, мне-то не ври, — отмахивается мама. — Я, думаешь, не замечаю, что ты вся на нервах уже какой месяц.

— Просто Влада перевели в новый офис.… Ничего у нас не кризис! — слишком быстро отвечаю я, отворачиваясь, чтобы скрыть дрожь в руках.

Мама цокает.

— Да посижу я с Марусей, я всегда рада, ты знаешь.

— Дело в том, что сегодня я не с Владом буду. Он в командировке.