Книга Бывший муж. Я хочу нас вернуть, страница 41 – Анастасия Петрова

Наконец, въезжаю в паркинг, и, резво крутясь по проезду между парковочными местами, встаю на своё.

Не теряя ни секунды, выхожу и сразу же иду к нужному лифту. Она должна быть дома, я хоть заранее и не звонил, но время прогулки её пса запомнил, кажется, навечно после одного случая.

Поднимаюсь, тарабаня по панели в лифте, а когда он, наконец, останавливается, я уже закатываю рукава, будто готовлюсь к битве.

Именно такое ощущение внутри.

Открываю входную дверь, тут же слышу музыку, что играет в квартире. Очередная йога, или мантра, или что там я не знаю… но мотивы те, что вызывают у меня недоумение, особенно если вдаться в подробности нахрена это надо.

— Алёна⁈ — кричу, бросая ключи на тумбу.

Музыка заглушается, и я слышу её радостный голос.

— Любимый, — выплывает она из гостиной: — Ты уже закончил? — не скрывая радости от моего появления, спрашивает она.

— Ответь на вопрос, — чеканю я с ходу.

Она настораживается, а улыбка приобретает оттенок искусственности.

— Хотя бы разуйся, руки помой… обедать будешь? — отворачивается она от меня.

Стук её каблуков по кафелю на домашних тапках отдаётся в стены звонким звуком.

— Может, расскажешь, как давно ты беременна? А то я и не в курсе… — скрещиваю руки на груди, не двигаясь с места.

Нога замирает в воздухе, и она останавливается. Наблюдаю за напряжённой спиной и привычным движением волос, когда ей что-то не нравится.

— Саш, — наконец спустя секунд двадцать она всё же поворачивается в мою сторону: — Я хотела сделать сюрприз…

Мгновенно вскидываю руку в воздух, откровенно приказывая ей заткнуться. И теперь, почёсывая подбородок, двигаюсь ближе к ней.

— То есть… — наступаю на неё, а внутри натурально колбасит: — Ты намеренно выяснила адрес моей квартиры. Пошла туда, желая показать своё превосходство, и зная, что там живёт моя бывшая жена, так? — вздёргиваю я бровь, а она тем временем немного пятится назад: — А потом ещё решила рассказать ей, что ты, мать твою, беременна…

— А что тебя раздражает⁈ — вскидывает она подбородок: — То, что я сказала это именно ей⁈ Ты же помнишь, какие были претензии у тебя к ней⁈ Или ты забыл⁈

Она повышает голос, а я усмехаюсь и качаю головой.

— Ты, мать его, о чём, Алёна⁈ Ты понятия не имеешь, что у меня было с Юлей! — цежу сквозь зубы.

Ярость растёт с такой силой, которую я ещё, кажется, ни разу и не чувствовал. Но это буквально отключает холодный разум. Проблемы с агрессией и анализом в такие эмоциональные моменты с самого детства со мной. И вроде бы надеялся, что с возрастом всё лучше контролирую.

Да что-то хреново получается.

— Я знаю! — орёт она, топая ногой: — Ты ведь не замечаешь любви, не замечаешь ничего хорошего, что делают тебе. Видишь только то, что не нравится! И сейчас тебе не нравится, что твоя ненавистная бывшая узнала всё⁈

— Почему об этом, чёрт возьми, не знаю я⁈ — рычу на всю квартиру, в шаг хватаю с тумбы вазу с цветами, которые она вечно покупает, и швыряю её в зеркало шкафа купе.

Алёна вскрикивает, а чёртово зеркало, как в замедленной съёмке рассыпается на осколки, отлетая по кафелю. Большие и мелкие куски перемешиваются, образуя на полу какой-то уродливый узор.

— Я не хотел больше детей, и ты прекрасно это знала, — чеканю я, не обращая внимания на её глухие рыдания.