Книга Развод в 50. Двойная жизнь мужа, страница 33 – Анастасия Петрова, Селин Саади

Я пытаюсь что-то сказать, но она продолжает. Её голос снова становится мягким, почти убаюкивающим:

— Гордей, ты устал. Я вижу это. Ты потерял себя в этих попытках угодить всем. Но ты ведь знаешь, где тебя ждут.

— Ольга, прекрати, — резко обрываю её.

— Пашка спрашивает о тебе каждый день, — говорит очень тихо, и в её словах слышится искренность. — Он хочет знать, почему папа не приезжает.

— Скажи ему, что я занят, — отвечаю машинально.

— Я скучаю, — её голос едва слышен. — Правда скучаю.

— Это ничего не меняет, — отрезаю я, словно ставлю точку.

Внутри меня настолько неспокойно, что удушающий ком застревает где-то между горлом и грудью.

— Ты так думаешь? — резко переключается на холод. — Ты поймёшь, Гордей. Только будет слишком поздно.

Гудки. Она отключилась.

Сука! Она просто положила трубку.

Я медленно кладу телефон на стол, будто боюсь, что он снова даст о себе знать. Мысли клубятся, как чёрный дым, обжигая изнутри. Ева у Ольги. Ольга говорит мне то, чего я не хочу слышать. И пока я пытаюсь сохранить контроль, мир вокруг рушится. Кусок за куском.

Когда я поднимаю голову, понимаю насколько идиот. Просто конченный. Марта. Она стоит на пороге, сжимая руки так, что костяшки побелели. Её лицо, обычно спокойное и тёплое, теперь словно застывшая маска боли.

— Ты говорил с ней, — произносит она, и голос звучит глухо, как эхо в пустом доме. — Я слышала…

— Марта… — начинаю я, но голос предательски срывается.

— Не надо, — она поднимает руку, словно отсекая любые мои попытки объяснить. Её глаза блестят от слёз, но взгляд — твёрдый, как сталь. — Я не могу больше это выносить, Гордей.

— Ты не понимаешь, — пытаюсь я, но она перебивает:

— Я всё понимаю, — родной голос дрожит, но остаётся тихим. — И поэтому прошу тебя уйти. Уйти сейчас. Потому что дальше будет только хуже.

В груди скручивает так, что становится трудно дышать. Слова, которые я хочу сказать, застревают в горле. Я вижу всю боль, собравшуюся в её глазах, и понимаю: Марта не простит. Никогда.

Я молча киваю и медленно направляюсь к двери, чувствуя, как каждый шаг отдаётся тяжестью в душе. За моей спиной слышится тихий вздох — последний звук, который я слышу от неё. И я знаю, что больше ничего не будет так, как раньше.

Зря я надеялся на обратное.

— Я поеду за Евой, — глухо сообщаю, чтобы она не волновалась.

Хоть и осознаю, что это глупо.

— Ты даже не видишь, Гордей, — тихий голос в ответ: — Если эта женщина предпримет что-то, то это уничтожит все то, что ты строил на протяжении стольких лет.

Я знаю, что моя жена права и разговор, который сейчас случился по телефону с Ольгой тому прямое доказательство. Впервые она позволяет себе подобные выходки. Но я не допущу того, чтобы подобное повторилось.

Поворачиваюсь на Марту с полной уверенностью во взгляде.

— Нет, у нее никогда не было такой власти, — озвучиваю напрямую, потому как власть лишь только у той, что стоит напротив.

Лишь она способна стереть меня в порошок. Разница только в том, что Марта не станет этого делать. Она знает все про систему, про то, как там работают чиновники…она знает все про меня. И знает, что неизбежное уже нависло над моей головой. Она дает возможность мне уйти тихо, потому что вполне догадывается что намечается в дальнейшем.