Книга Развод. Высекая из сердца, страница 60 – Анастасия Петрова, Селин Саади

— Прошу вас… Он сильно занят, — она поджимает губы в тонкую линию, — У него мэр сейчас. Давайте я вас кофе угощу, дождитесь, скоро закончат.

И вид у нее такой жалостливый, влетит видимо девке. Я хоть и не люблю таких, как она, не знаю откуда это, но на подкорке чую женщин, что ищут выгоду во всем. Однако, моя личная семейная драма — это не повод портить ей карьеру. А вот как она ее достигает, меня уж точно не касается.

Хоть попой, хоть другим местом… Плевать.

— Сливки, сахар? — она останавливается в проеме, слегка улыбается мне, сменив гнев на милость.

— Черный, обычный. Если есть кусочек горького шоколада, то можно его.

Она кивает и убегает куда-то, чтобы через пять минут вернуться с ароматным американо. Ставит кофейную пару передо мной, на блюдечке лежит фольгированный кусочек шоколада.

— А я вас узнала… Не сразу, но теперь поняла, кто вы, — девушка так и мнется у стола, нависая надо мной.

Вопросительно вздергиваю бровь вверх, без понятия, что ей отвечать. И если честно внутри все еще бушует ураган, подобный разнести все вокруг на своем пути. Еле сдерживаю себя в томительном ожидании.

Хотя было бы очень красиво залететь с ноги к этому подонку и прямо перед мэром опустить его. Не люблю я эти методы, но иногда детдомовская девчонка вылезает наружу, крича и требуя справедливости. Я знаю, что ее нет. Но это не значит, что я перестану бороться за это.

— Вы Дарина Исакова, ваша коллекция просто… Вау! Мы с девчонками неделю обсуждали, все в восторге.

Не стану скрывать, что ее похвала мне приятна. Это касается даже не моих талантов, а самой коллекции. Когда твое детище начинают любить также как ты его любишь — это самое лучшее, что может с тобой произойти.

— Спасибо! — выдавливаю улыбку.

Ей-богу, не будь я в таком состоянии, то поболтала бы с девчонкой. А сейчас… Гипнотизирую дверь кабинета, где внутри ненавистный мужчина обсуждает свои дела, скалясь в улыбке и рассыпаясь в дифирамбах перед мэром.

И только я начинаю прожигать дыру в дубовом материале, как наконец тот, кого я так рьяно тут жду, попивая арабику с робустой, выходит в приемную.

Тут же замечает меня, удивляется, но виду не подает. Они с мэром жмут друг другу руки, смеются, обсуждая шашлыки на следующей неделе на дачи у Берестова, а мне блевать охота от всей этой напыщенности.

— Дарина, вы ко мне? — Берестов протягивает руку для приветствия, я понимаю, что устраивать скандал при свидетелях не вариант. С отвращением протягиваю ему свою, он опускает уродливый рот на ладонь, чмокает. И я быстро выдергиваю ее.

— Да, — коротко отвечаю. Не даю никаких подробностей, зачем пришла.

Вижу, что он недоволен моим односложным ответом, но при мэре не дает реакцию.

— Пройдемте, — приглашает меня внутрь, снова оборачивается к главе города, — Ну все, жду уже следующие выходные.

И вот мы остаемся вдвоем.

Мне слегка дурно, потому что теперь я на все сто процентов понимаю, кто этот человек и что он может сделать. Но здесь он не станет так открыто угрожать мне, свидетели ему не нужны.

— Дарина… Слышал о том, что случилось с Маратом. Такой ужас! — поправляет брюки и садится в свое кресло, а я сжимаю руки в кулаки, услышав имя мужа, — Как он, дорогая? Что врачи говорят?

Усмехаюсь, а самой выть охота. Какой же подонок.