Книга Недетские забавы, страница 39 – Анастасия Петрова

Наконец-то мы подъезжаем к этой хижине, домик егеря, логово браконьеров — называйте как хотите. Вся эта конструкция стоит среди глухого леса. Даже не могу предположить, откуда Федулов знает об этом Богом забытом месте. Внутри самой хижины стоит печка, одна кровать полуторка, небольшой деревянный стол и полка с посудой.

С ужасом осознаю, что спальное место одно, я не готова делить постель с Федулом, даже если это просто сон. Пячусь назад к двери и выбегаю на улицу, где Павел уже вовсю орудует топором, разрубая поленья.

— Там одна кровать!

— Я в курсе, — усмехается мужчина. Ну, разумеется, я говорю очевидные вещи, но от этого не легче.

— Ты сможешь лечь на полу? — серьезно задаю вопрос.

— В доме, который не отапливался более полугода? — риторически парирует мужчина. — Я не джентльмен, Алиса.

— Но как же, — пытаюсь найти нужные слова, но понимаю, что сморожу глупость.

— Лучше иди посмотри, что есть из еды в доме, — обрывает меня мужчина.

Явно ему сейчас не до моих споров. Решаю послушаться и ухожу обратно в дом, краем глаза наблюдая, как Федулов вновь орудует топором. Да, тело у него что надо. Сама не замечаю, как любуюсь, а потом сразу ругаю себя и корю. Не может он мне нравиться. Даже физически. Ну как такое возможно?

Нахожу гречку, соль, перец и две банки тушенки. Отлично, можно приготовить в котелке еду. Прошу Павла помочь организовать костер для приготовления еды, он берет эту задачу на себя, а я непосредственно занимаюсь ужином.

— Очень вкусно, — неожиданно мужчина делает комплимент после ужина.

— Спасибо! — шепчу, складывая грязную посуду в металлический таз.

Федулов уже растопил печку, в доме стало теплее и уютнее, я заваривала чай и даже нашла сахар.

— Глаза слипаются, — устало тру веки.

— Ложись спать, — мужчина смотрит в окно, он максимально задумчив.

— А ты?

— Ты же не хотела, чтобы я ложился рядом, — снова усмехается, ловя меня на противоречии.

— Да, но ты был за рулем шесть часов, я могу поспать сидя, — несказанная щедрость так и прет из меня.

— Я, конечно, не джентльмен, но и не придурок.

«Вот тут, конечно, спорный вопрос.»

— Ладно, пошли вместе, просто отвернемся друг от друга, — предлагаю компромисс.

— Как школьники?

— Нет, Павел, как люди, которые не должны спать вместе, — тут же нахожу ответ.

Мы укладываемся в постель, и я сразу же отворачиваюсь к стенке. Глаза слипаются, царство снов так и манит к себе, но настойчивая мужская рука крепко обхватывает мою талию, прижимая к себе плотнее. Я зло бормочу, убираю руку со своего тела, но она снова туда возвращается. И так раза три.

— Павел, убери руку!

— Нет, — бесстрастно отвечает сиплый голос.

— Пожалуйста, — чувствую как тело слабеет в попытках вырваться. Все еще ужасно хочется спать.

Мужчина целует мой затылок и шепчет: «Спи!».

Я решаю забить. Решу этот вопрос завтра, расставлю все точки по местам, скажу ему пару ласковых. Но завтра. И тут же проваливаюсь в сон. Правда сон длится недолго, так как чувствую, как руки Павла касаются моего лица, перебирая пряди волос.

— Что ты делаешь? — сонно бормочу, поворачиваясь к мужчине.

Сейчас мы лежим непозволительно близко друг к другу. Вижу каждый шрам, каждую морщинку на его лице. Нахожу шрам под левой бровью, точно знаю, откуда он. Федулов как-то упал с мотоцикла и задел всей левой частью лица железный выступ. Тогда еще все воспитательницы причитали, как без глаза не остался. Глаз-то на месте, а глубокий шрам остался.