Книга Свет твоей улыбки, страница 8 – Алисандра Ким

— А компот будет? — отвлекает. И на мои претензии не отвечает. А в горле пересохло. И сказать нормально ничего не могу.

— Нет. Есть сок. Свежевыжатый. Апельсиновый. — сама подхожу к холодильнику.

— Отлично. Вискарик?

— Здесь вы его пить не будете. — наливаю в стакан сок и протягиваю ему.

— Кто мне запретит? — обхватывает длинными пальцами бокал. Вместе с моей рукой. Поднимает и пьет. Вижу, как движется его кадык. Капля сока стекает по подбородку. Сглатываю. Забирает бокал. Я медленно оседаю на стул. Он споласкивает бокал. И аккуратно ставит на мойку. Подходит. Встает очень близко. Мое лицо практически упирается ему в живот. И этот его мужской вкусный аромат теребит мои рецепторы. — Так кто мне запретит, Юленька?

— Я, например. — встаю. И получается так, что вдоль его тела поднимаюсь. Он очень близко. Снова руки в карманах. Не касается. Но весь его облик словно обволакивает. Подавляет. А спрятаться негде. И выгнать его не осилю.

— Вы протрезвели? Может, пойдете своей дорогой. С кем не бывает, по пьяни заблудился…

Договорить не дает. Шаг. Неотрывный обмен взглядами. Целенаправленно пришел. А пил потому, что хреново? Устал? Капец, как его колбасит.

— Есть проблемка, Юлечка. Сделай так, чтобы я окончательно всех твоих обидчиков выгнал.

— Моими руками хотите от предателей избавиться? — отдвигаю стул и отхожу. Кровать и шкаф с вещами скрыт от посторонних глаз. Вернее, шкаф повернут спиной. А на этой спине я нарисовала ромашковый луг. Он смотрит сейчас на те самые ромашки. Такое поле было в деревне, где я жила. На картине так же есть дерево с тарзанкой. И кусочек озера. Этот крошечный уголок когда-то был моим самым счастливым местом в жизни. Почему Сабуров смотрит так, будто знает это место.

— Ты хоть понимаешь, что они все часть моей жизни? — переводит взгляд на меня. Снова. Ближе подходит. Отступать не куда.

— Так я становится этой частью не собираюсь.

— И я о том же. Не резон мне тебе помогать.

— Вы сейчас бред несете. Вас обманывали. Воровали. И это была не я.

— Но ты стала тем, кто открыл мне глаза. И знаешь. Хочу сделать так, чтобы снесло крышу. Влюбиться в тебя. Чтобы пережить то, что ты мне открыла. — гипнотизирует взглядом. Как фокусник затягивает в мир иллюзий. И ведь легко купиться! Когда смотрит вот так открыто. Откровенно! Он сейчас не играет. Или это непризнанный актерский талант?! Как марионетка готова подчиняться. Двигаться в одном ритме. Дышать в такт друг друга. Потому что верю зеленым глазам. Верю. Нет и намека на усмешку или притворство. Не пьян он совсем. Пьянею теперь я. И это ой как не хорошо. Словно ладонью по соскам провел. Тепло по животу.

— У меня есть мужчина. — разворачиваюсь, пофиг! Хочу бежать. В его глазах такая на миг ярость мелькает. Пронзает насквозь. И понимаю, что он готов к броску. Обхватывает мое запястье. И я кручусь, как юла. Врезаюсь в него. Вскрикиваю.

— Значит, будет еще один. Я не против. — лицом утыкается в мое ухо. Дышит тяжело и часто. Руками мою спину исследует. Спускаясь ниже. Пальцы замирают на опасной грани. Там, где заканчиваются шортики.

— Уходите. — всхлипываю. Но не от страха. Нет. Хоть паника и кроет. И затемняет мысли. Но понимаю, в его руках есть сила. И переломить меня ему ничего не стоит. Но он очень бережно обращается. Сжимает. Гладит. Ни единого раза не превысил свои силовые давления.